Падение на 95% выручки, вынужденный онлайн и обеспокоенные родители. Как в Гомеле от «коронакризиса» пострадал бизнес для детей

  • 29 May 2020, 11:44
  • 5090
  • 0



От пандемии коронавируса страдают все. В особенности — бизнес. Разные отрасли испытывают на себе коронакризис по-разному: одни вынуждены закрываться, другие переживают с большими потерями, третьи вообще не замечают спадов продаж. В ближайшее время мы расскажем, как те или иные компании и направления пережили апрель и май 2020 года.

Уже в марте частный бизнес в развлекательной и образовательной сферах для детской аудитории почувствовал отток клиентов. А позже пришло осознание — надеяться не на кого. Чиновники месяц не могут разобраться с документами, которые могли быть дать отсрочки по платежам, а родители не понимают, зачем делать праздник только ради своего ребенка, если другие дети или родственники на него не придут.

Гомельские предприниматели, которые уже не первый год делают проекты для детей, рассказали «Сильным Новостям» как переживают кризис, вызванный пандемией. Одним специфика позволила быстро перестроиться и перейти в онлайн-формат, другие в интернете работать не могут и удивляются: почему годами исправно платили налоги, а на помощь рассчитывать не могут? 

«Выручка упала на 95%, образовались налоги, счет арестован и мы не можем выплатить людям зарплату за апрель»


Татьяна Дёмина — руководитель проекта «Мистерия» — парк семейного отдыха, открытый в Гомеле в 2019 году.

Ее компания с 2016-го работает в Минске, в 18-м году — в Мозыре, а 19-м пришла в Гомель. До «коронакризиса», говорит владелец и соучредитель, все шло отлично.

— В Гомеле проект стал самым масштабным, мы даже не ожидали такого старта. Все очень понравилось посетителям, мы строили планы. А потом с 15 по 21 апреля спрос упал в два раза, а дальше скатился буквально до нуля. Если раньше было по тысяче посетителей, то при коронавирусе, бывало, и один не зайдет. С февраля по апрель выручка по Мозырю и Гомелю упала на 95%.

«Мистерия» в Гомеле — это развлекательный комплекс и кинотеатр. Первый начинает оживать, а с кино пока все плохо:

— Смотрите цифры: в феврале мы продали билеты где-то на 30 тысяч рублей (понятно, что половина — кинопрокатчикам), а в апреле на 290 рублей. Когда вышел Указ президента «О поддержке экономики», в списке пострадавших отраслей деятельность по показу кинофильмов даже не значилась. Может, потому что частных организаций в этой сфере мало и все они молчат о проблемах. Соседние страны хотя бы дали отсрочки, какие-то льготы. Мы не просим простить нам налоги — просто дать время, чтобы восстановиться.


Указ вышел 24 апреля (хотя его ждали раньше, до срока уплаты квартальных налогов), но к концу мая помощи от документа так и не дождались, рассказывает предприниматель:

— Какой-то запас ресурсов был, но у нас не один-два человека в штате — в Гомеле нужно найти деньги на оплату работы 30 человек. Еще коммунальные, другие расходы. В первом квартале у сотрудников была хорошая зарплата, соответственно от этой суммы нужно платить в ФСЗН. А у нас с 20 марта расходы шли, а доходы нет — образовалась задолженность. И вот вышел указ, мы собрали пакет документов в Мингорисполком, чтобы местные власти могли дать нам отсрочку как пострадавшей отрасли. Там говорят: нам не дали механизм, как ее предоставлять, звоните в налоговую. А в налоговой отправляют обратно. Скоро месяц, а в исполкоме до сих пор не знают, как пользоваться указом.

Какое-то движение пошло, но 25 мая мне сказали: документ должен получить подписи в разных инстанциях, информация будет в лучшем случае в конце следующей недели. Это уже июнь, а наши счета по-прежнему арестованы из-за задолженности. В ее счет списывается вся выручка, которая поступает, и мы не можем выплатить людям зарплату за апрель. Мы смогли за счет своих ресурсов, как говорит наш президент — «кубышки», хотя бы по трети от зарплаты людям перечислить, пока счета заморожены. По земельному налогу мы уже писали в гомельский горисполком — ответ тоже пока ждем, хотя срок уплаты, 22 мая, тоже прошел. И вроде бы нам помогли Указом, но по факту ничего не работает.

Вот недавно, вроде бы, в Минэкономики, Палате представителей обсуждали, что в развлекательной и спортивной отраслях упала посещаемость. Предложили поддержать занятых в этих сферах госсектора людей доплатами до минимальной зарплаты. А про коммерческие организации никто не подумал. За 4 года у нас не было ни одной просрочки по платежам. За одного сотрудника последнее время в месяц мы платили налоги на 500-1000 рублей. Это немало. А как нам понадобилась помощь, ждать ее не откуда. Даже в кредитах отказали все банки. Единственное, они смогли дать рассрочку по основному долгу на 4 месяца, и за это спасибо. Дальше, я думаю, мы уже выживем. А потом, если все наладится, к концу года, может быть, сможем выйти на прежний уровень, — резюмирует Татьяна.

Компания старается сохранить коллектив, пришлось поменять графики сотрудников: например, в день работают не пять инструкторов, а один. Апрель для своего бизнеса Татьяна называет «дном», а середину мая — «стадией всплывания»: люди начинают возвращаться к развлечениям. К июню в центре ждут подъем хотя бы на 30%, а возрождение кинотеатра — только в середине июля, когда пойдут премьеры.

«Верю в наше образование. Ситуация на сферу должна повлиять положительно»


Татьяна Шевцова — бизнес-психолог, бизнес-консультант, руководитель школы лидерства и выбора профессии для подростков «Альфа».

Бизнес-консультированием Татьяна занимается с 2012-го года, пандемия не создала больших проблем для этого направления — заказы остались, некоторые из них сдвинулись на более поздний срок. Школа «Альфа» для подростков существует год, в ней работает 5 человек. С этим проектом было сложнее: когда появились первые случаи заражения, многие родители стали оставлять детей дома. Это девушка и ее коллеги предвидели и начали перестраивать программы и переходить в онлайн. Сейчас проект работает в таком режиме:

— Сразу был испуг, конечно, что детям не понравится такой формат, но он помог мобилизоваться и ускориться. Чтобы не потерять учеников, налаживали личный контакт с родителями, предлагали хотя бы попробовать онлайн-формат, даже без оплаты пробного занятия. Многие решили не отказываться, в целом мы потеряли порядка 10% наших учеников, — рассказывает руководитель. — Педагогам, конечно, приходится больше работать, тщательнее готовиться, искать игровые способы и больше тратить энергии, чтобы удержать внимание детей по ту сторону экрана. Потоки денег уже восстанавливаются, но не совсем понятно, как будет дальше: одни родители хотят занятия вживую, другие онлайн, а группы уже сформированы. Переход проходил сложно — и финансово, и эмоционально, пришлось работать больше, но в целом, я не успела почувствовать какую-то трагедию. Мы нормально прошли этот этап.

Некоторые корпоративные проекты девушка также смогла перевести на дистанционное обучение. Проще отреагировали частные компании.

— Есть определенные трудности у крупных госпредприятий, им сложно быстро перестроиться. Они готовы так работать, но им нужно больше времени на адаптацию. Хотя есть и те, кто отрицает онлайн. Средний бизнес в целом увидел эффективность дистанционного обучения и уже часто готов работать только так. Кстати, сейчас у нас будет запускаться смешанная группа: одни небольшим составом в аудитории, другие будут подключаться с разных городов по видеосвязи.

Онлайн может в буквальном смысле расширить границы, считает Татьяна. Можно проводить курсы для клиентов из любой точки мира, не затрачивая деньги на перелеты, гостиницы и другие потребности.

— Рынок постепенно начал уходить в эту сторону, и я сама давно шла к этому. Пандемия просто ускорила процесс и заставила сделать этот шаг быстрее. Сейчас у меня и моего партнера есть клиенты из Казахстана, России. Да и учеников в школу можно набирать со всей республики и даже других стран.

Детский проект девушка полностью планирует перевести в онлайн-формат. Она считает, что на сферу образования в нашей стране сложившаяся ситуация должна повлиять положительно:

— Школы и центры начнут внедрять новые технологии в процесс обучения, совершенствовать программы. Я думаю, школы позже включились в онлайн, потому что часто педагоги — классные как учителя, но не диджитал, что называется. Думаю, это станет серьезным толчком, чтобы работать современнее. Хотя я предлагала некоторым преподавателям, например, бесплатно научить работать в Zoom, но не все соглашались. Я верю в наше образование. Думаю, если оно будет интегрироваться с частными центрами, где больше технологий, обмениваться опытом, шансов и у одних, и у других будет больше. Особенно сейчас, когда одни не знают, где набрать детей, а другие, каким способом учить.

«Поняла, что нужно просто закрывать глаза и делать, даже если страшно»


Татьяна Лукомская — руководитель имидж-школы для девочек «FIA».

В Гомеле проект открылся в сентябре 2018 года. Как и в обычных школах, когда дети ушли на каникулы, здесь поняли: ситуация может затянуться. Родители начали опасаться за безопасность детей, а педагоги — думать, как переходить в онлайн.

— Такая идея у меня была раньше: хотелось бы, чтобы наша программа вышла за пределы Гомеля. Чтобы была возможность получать эстетическое образование у девочек и в других областях, райцентрах, деревнях. Морально я была готова, оставалось воплотить технически. Я изучила площадки, где сохранились бы интерактив, игровые моменты в занятиях. Чтобы показать родителям эффективность и качество такого продукта, собрание для них тоже проводила в Zoom. Не скажу, что этот переход дался легко, но мы справились примерно за 10 дней.

Школа отказалась от аренды, это позволило снизить стоимость для курсов. Без потери клиентов не обошлось.

— Мы сами были вынуждены отказаться от младшей группы: детям 6-8 лет без родителей крайне сложно с техникой, плюс в онлайне тяжело удержать их внимание без игр, которые были вживую. В старших группах некоторые родители тоже не поддержали такой формат. Например, мы с девочками ходили в музеи, театры, на выставки — это важно для закрепления навыков в области этикета, стилистики на практике. Этот компонент пока выпал, и родители посчитали, что такое обучение не перспективно. Но те ученики, кто остался, довольны, и нас это очень радует. Но сложности никуда не делись, и они остаются. Мы вынуждены были снизить цену на четверть: с моей точки зрения это честно по отношению к родителям, ведь урок сократился с 60 до 45 минут. Вот уже прилично доходы упали.


В конце мая «Фиа» заканчивает обучение, проводит онлайн-выпускной. В школе считают: нужно продержаться каникулы, пересмотреть модель бизнеса, в сентябре может стать легче. И вроде бы, все работает и сейчас, «корабль не тонет», но от тревоги, к которой привыкли за эти месяцы, избавятся еще не скоро:

— В самом начале поняла, что нужно просто закрывать глаза и делать, даже если страшно. В этом плане еще очень помогла Школа социального предпринимательства — менторы нас быстро переориентировали на работу в изменяющихся условиях. Сказали: забудьте, что учились писать планы на полгода, год — ситуация сейчас настолько шаткая и непредсказуемая, что, если вы знаете, что делать в течение недели, вы уже молодцы. Я понимаю, что нельзя стоять в испуге на месте — нужно двигаться маленькими шажочками. Я не скажу, что перестала бояться сложностей. Мы надеемся на сентябрь, но не можем предугадать, как все пойдет: меняется покупательское поведение, родителям нужно будет и в школу собирать детей, и искать дополнительную занятость, а конкурентов у нас много. Но, возможно, часть занятий у нас останется онлайн: мы хотим выйти на другие регионы.

В последние месяцы, рассказывает руководитель имидж-школы, было непросто, но появилось понимание, что работать так можно. В ситуации здесь нашли и плюсы: например, стали активнее детские чаты, домашнее задание теперь проверяют заранее, а на уроке педагог или уделяет внимание новому материалу, или, исходя из ошибок, в «домашке» прорабатывает пробелы.

— Такое ощущение, что и дети собрались, и у нас система более четко прорисовалась, и результаты, я вам скажу, ни разу не пострадали. Мне очень повезло с арендодателем, он позволил нам вернуться в помещение, от которого мы отказались, если за лето его никто не снимет. Я очень благодарна своим педагогам: работа на их плечи легла в большем объеме, но они согласились пока на меньшую оплату, чтобы мы могли выжить на рынке и сохранить конкурентоспособность. Не все так плохо. (улыбается). 

«За год я уплатила 1200 рублей ФСЗН, у меня даже карточки в поликлинике нет, вопрос: где эти деньги? Теперь я лишилась работы, кто меня поддержит?»


Елена Раенок, руководитель студии детских праздников «Открывай-ка», студия проводит научные шоу.

— Программу по привлечению клиентов на 2020 год мы запустили в начале января, чтобы родители могли заранее записаться на дату, когда у их ребенка день рождения. В апреле у нас были брони на 22 праздника — мы провели всего два. В мае тишина, люди отказываются. Если праздник стоит от 50 до 300 рублей, уже ощутимо, когда он слетает. Вложенные деньги, конечно, все ушли.

Все сотрудники работают по договору подряда. В основном, это студенты или, например, актеры театра. Мои ведущие, я — мы остались без работы. Все ребята, которые были у меня на подработке, однозначно пострадали. Даже если человек 100-300 рублей получал, а сейчас не получает ничего, как, например, одна моя девочка учится на платном — как думаете, тяжело ей без копейки денег? Еще мы проводим научные шоу в школах и садиках. Это наше «несущее крыло». В марте оно отключилось полностью и непонятно, когда вновь заработает.

И здесь сразу начали продумывать, что можно делать безопасно в оффлайне или дистанционно, чтобы остаться на плаву. Придумали онлайн-праздники, «Живые открытки», разработали безопасные квесты для тех, кто боится подхватить вирус:

— Например, наша научная лаборатория приезжает к имениннику не всем составом, а одним боксом. Ребенок проходит квест, а потом вместе с ведущим, у которого по ту сторону экрана такой же набор, начинает разбирать коробку, сам что-то достает из баночек и коробочек. Для детей 8+ это очень интересно. Но пока сложно доносить это до потребителей. У ребенка праздник раз в году, и, если вы планировали потратить на программу 200 рублей, то сейчас можно заказать бокс в 2-2,5 раза дешевле. Но получаю все равно отказы. Может, у людей нет настроения на праздники, а может дело и в низкой платежеспособности в это время, ведь никто не понимает, что будет дальше.

Весь реквизит, реактивы, с которыми работают ведущие, закупался заранее для больших мероприятий в школах и садах. Пока направление не работает, ресурсы перераспределили. Чтобы не тратить деньги, создавали для детей что-то интересное из того, что осталось в запасах. Елена понимает: развлечения — это не хлеб и не коммунальные, на забавах взрослые стараются экономить, пока над головой навис кризис. При этом, замечает, от угощений и родственников за столами семьи часто не отказываются.


— Я делаю программы для детей, а принимают решение, нужны они ребенку или нет, и платят за них родители. Мне казалось, сейчас наоборот нужны эти яркие эмоции, какой-то праздник. У нас есть квесты на оффлайн-площадках. Раздадим маски детям, можем закрыть арафатками им лица. Это будет и в теме, и безопасно. Мы можем предложить безопасные и интересные форматы праздника.

Елены также есть свое мнение на счет того, что в кризис индивидуальные предприниматели остались без поддержки.

— У меня нет кредитов и нет ничего арендованного. Я давно в бизнесе, тем более в нашей стране, поэтому в кредитные игры не играю. Я сама себя обеспечивала. Как ИП на протяжении 5 лет платила налоги, ежемесячно в фонд соцзащиты порядка 100 рублей. Теперь я лишилась работы, кто сейчас меня поддержит? Какой-то прожиточный минимум мне заплатят? Неужели непонятно, что этот бизнес сейчас просто впал в кому?! Я не смогу, например, как наемный работник уйти в вынужденный отпуск. За год я, получается, заплатила 1200 р. в ФСЗН, у меня даже карточки в поликлинике нет, вопрос: где эти деньги?

Если я не веду деятельность, я не плачу налоги и ФЗСН, хотя, например, если у меня будет один заказ на 50 рублей, я буду должна заплатить за весь месяц полную ставку — 100 рублей. То есть за апрель я могу написать в справке, что не было заказов. Но вопрос в другом: почему мое родное государство не спросило, на что я это время жила? Еще один момент: получается, если бы у меня были работники, я должна была бы им обеспечить минимальный прожиточный минимум. То есть они более защищены, чем я.

Елена считает, что сфера не умрет. Несколько месяцев, полгода-год — и индустрия развлечений возродится.

— Сейчас у нас перекос в один сплошной негатив. Людям все равно нужен будет праздник. К сентябрю-октябрю должно все восстановиться: и школы откроются, и дети за лето соскучатся. А потом и Новый год, все равно Дед Мороз нужен будет. Хотя... Позвоните мне потом в декабре, интересно будет поговорить, как все развернется (смеется).

Подпишись на наш телеграм-канал

Екатерина Гриневская, Сильные новости
Присоединяйтесь к сообществу в Viber → Viber/gomeltoday



Комментарии правила





Последние новости



Новое в блогах


Самое читаемое



Самое обсуждаемое