«Там не совсем простая стройка». Жителей домов Рогачевской-Советской вызывают на полиграф, обыскивают, а во дворе дежурит милиция

  • 28 марта 2019, 10:17
  • 28342
  • 3


Ранее «Сильные новости» рассказывали о стройке, которая развернулась во дворе улиц Советской и Рогачёвской. Здесь собираются построить десятиэтажку — прямо посреди двора, в нескольких метрах от детского садика идут строительные работы. Официальной информации об этом местным жителям никто не предоставлял, о том, что во дворе появится многоэтажка, никого не предупредили.


За это время на стройке случилось несколько происшествий. Каких именно — опять, же, неизвестно. Официально никто не говорит. Всё, что известно жителям окрестных домов — на стройке было возгорание, возможно, не один раз. Милиция хоть ничего и не рассказывает, но дежурит у объекта круглосуточно, прячется в подъездах, пугая жителей. Жителям Советской-Рогачёвской звонят на личные номера, просят прийти в РОВД, проверяют на детекторе лжи, а недавно устроили обыск.

Обыск

Андрей — один из тех, кто рассказывал в интервью «Сильным новостям» о строительстве многоэтажки. После чего произошло следующее.


— В феврале меня два раза по телефону просили подойти в Центральное РОВД и дать пояснения по поводу активности жителей микрорайона в связи со стройкой многоквартирного дома. Сказали, что могут выслать повестку на работу, если занят, но я сообщил, что могу выделить время и прийти. Удивительно то, что я от своего имени заявлений и обращений не писал. Так что звонок из РОВД был неожиданным. Выходит, к работе подключили не простых участковых.

Как всё-таки оперативники стесняются свои фамилии называть, такие скромники. Спрашивали, кто из жильцов проявляет активность, какое участие принимаете вы. Ну, я сообщил, что присутствовал на собраниях жильцов, а фамилий не знаю и особо пояснять мне нечего. Второй раз просили подойти через неделю, для каких целей, не говорили.

Пришёл, как назначили, к 9 утра, долго ждал. Потом сообщают, что хотят проверить меня на полиграфе в связи с тем, что на стройке произошли какие-то события. Что за события, не говорили. Но так как процедура проверки добровольная, я отказался. Но сам факт такого подхода очень не понравился. Не уведомляя, заставляют долго ожидать (оформление бумаг заняло максимум 20 минут, а времени своего потратил там 3 часа), делают ставку на правовую неграмотность населения. Любопытно, что специалист, который должен был проводить процедуру, заявил, что у нас, у народа менталитет плохой, воруют и т.д. Я с такой версией не согласился. Надеюсь, данная точка зрения не пользуется популярностью у сотрудников.

Тогда и началось. Соседи рассказывали Андрею, что милиция круглосуточно дежурит на улице, в подъездах и машинах. Тех, кто писал жалобы против стройки, стали вызывать на полиграф.

Алла — пенсионерка. Из милиции ей позвонили в разгар застолья. Пообещали всё сделать быстро. При этом не предупредили, что даже с минимальным количеством алкоголя в крови на детекторе лжи проверять нельзя (согласно главе п. 31.6 главы 4 Постановления КГК РБ № 31).

— Можно было отказаться, но я пошла прямо с праздника. Сказала, что голова болит. Они мне, мол, ничего страшного. Спросили фамилию, потом стали задавать остальные вопросы. Я им говорю: «У меня сердце выскакивает».

Мне нужно было отказаться и всё. Я думала это две минуты, а это час было. Я говорю: «Чего я вообще должна это делать?» Они говорят: «Можете отказаться». Когда я уже полиграф прошла, так уже могу отказаться. Ну и соседку тоже так спрашивали. Я им сказала, что ничего не знаю. Сосед только видел, как что-то бахнуло. И всё. Говорю: «Снимайте уже с меня это». Полиграф ничего не даёт. Если бы они точно знали, что подожгли и с какой стороны, так они же ничего этого не знают.

Они думают, что поджог. Дежурят вон сейчас с собакой и сторожем. Так зачем им этот сторож, если они тут сами?

Кроме того, что Аллу вызывали на полиграф, у неё в квартире установили камеру «в рамках помощи милиции». Провисела недели две. Потом сняли.

— Стройка меня эта особо интересовать перестала, — говорит Андрей, — Ясно, что надзорные органы нарушения либо не замечают, либо формальные отписки присылают. Да ещё и заболел сильно. 15 марта находился дома с детьми. Где-то в восемь вечера позвонили в дверь, старший ребёнок пошёл посмотреть. Я в это время менял дочери подгузник. Сын прибегает и говорит, что там милиционеры. Такой вот конфуз получился. Сказал: «Ну, пускай ожидают». О причинах появления сотрудников не догадывался, предположил, что просто ходят, опрашивают в связи с какими-то событиями. На соседней улице так уже делали. Одел дочь, пошел узнавать по какому поводу пришли. Показывают постановление об обыске, в связи с тем, что «неустановленное лицо с 16.00 02.02 по 8.00 04.02 подожгло на МАЗе колесо и причинен ущерб на 508.72 рублей» и есть основания считать, что у меня в квартире есть вещи с этим связанные.

Жена ещё не пришла, поэтому позвонил матери, чтобы помогла за детьми присмотреть, она недалеко живёт. Начали искать понятых, позвали соседей. Ну а дальше обыск. На пять сотрудников два понятых, естественно они физически не могут контролировать весь процесс. Перчатки и бахилы им, по-видимому, не выдают, хорошо, что на улице слякоти не было. В любом случае, наличие такого количества людей в квартире с детьми, при том, что ещё и болеем, очень неприятно.

Вещи не переворачивали, поэтому бардака не устроили. Интересовали их в первую очередь телефоны, флешки, ноутбуки, но это я только в конце узнал. Всё-таки причина обыска — поджог, значит и искать, думал, будут с этим связанное. Мама машинально положила свой телефон возле телевизора, один из сотрудников его сразу решил изъять, на что я возразил. Никто же не предупредил, что они будут изыматься. А мама — предприниматель, без телефона фактически парализовалась бы её работа, да у любого забери и ты сразу выпадаешь из своего социума, номера всех не запомнить. После скандала всё же отдали обратно. Забрали два ноутбука (один мой, второй жены), системный блок от компьютера ребенка, несколько флешек, четыре телефона (один ребёнка).

Сказали, что изымают на пару дней. На деле — не вернули до сих пор.

— Это слышали и понятые. Зачем вводить людей в заблуждение, обманывать? Или они действительно считали, что через два дня всё отдадут? Но я не поверил, как можно проверить такое количество изъятых устройств, да ещё и перед выходными. У нас, судя по новостям, в больницах в выходные не особо лечат, неговоря уже о том, чтобы проверять технику по какому-то уголовному делу о поджоге колеса. Протокол оформляется странно, пишется «телефон „Samsung“ черного цвета», хотя даже простым обывателям известно, что у таких устройств есть серийный номер. Один ноутбук вообще даже не выключили, завернули в пакет, который у меня же и попросили, так как специализированных для таких крупных предметов не имеется у них. Так что, если на так называемом «складе вещдоков» случится возгорание из-за перегрева ноутбука в завязанном пакете, то я не удивлюсь. Я предлагал положить их в сумки, предназначенные для них, техника ведь хрупкая, но они отказались.

Согласно протоколу, обыск двухкомнатной квартиры занял 15 минут. По факту за такое время даже бумаги не оформить. Устали и мы, и понятые, да и милиционеры радости не испытывали.

Затем милиция собиралась провести обыск и у матери Андрея. На что женщина сказала, что дверь им не откроет. Грозились вызвать МЧС и вскрыть силой.

— Естественно, она сказала, что не будет им квартиру открывать. Да и на каком основании, если в постановлении указана только моя квартира? Сотрудник всё же настаивал и даже меня просил повлиять на ее мнение, стал говорить, что вызовут МЧС для вскрытия квартиры. По мне, так это уже похоже на угрозы и превышение служебных полномочий — серьёзные уголовные статьи.

Что за обыск по делу о поджоге, при котором изымаются только устройства с носителями информации? Сложилось впечатление, что какая-то акция устрашения. Не удивлюсь, конечно, если выйдя из подъезда меня подхватят за руки и привезут на суд за то, что я, условно, «шёл по улице и матерился», или тому подобное. В итоге, в связи с изъятиями, работа у меня частично парализована, знакомые и соседи шокированы такими событиями. Рассказывают, что полгода могут держать и не отдавать технику, а у кого-то так вообще «теряли», а это пугает больше всего. Ведь там семейный архив, детские фото и видео.

Что говорят соседи

Татьяна в сюжете «Сильных новостей» тоже фигурировала. Она же присутствовала и на обыске, который проводили дома у Андрея. Всё сказанное подтверждает.

Андрея сейчас пытаются запугать, а то и вовсе обвинить в инцидентах, считают соседи. Сами жители ничего об этих происшествиях толком не знают. Всё с чьих-то слов, посредством сплетен. Официальной информации им никто не предоставляет. Андрея подозреваемым не называют. Обыск проводили с такой формулировкой: «У него могут найти предметы, которые косвенным образом могут быть связаны с пожаром на стройке». Например, спички, смеются жильцы. А тем временем все события разворачиваются в центре города, под окнами живых людей.

— Для Андрея эта проблема актуальна. У него маленький ребёнок и мы вместе ходили, смотрели несколько раз, трогают этот детский садик или нет. Где-то в двадцатых числах февраля пришла бумага, в которой говорилось, что садик стройка не затронет. Хотя, до этого мы неоднократно общались с его работниками, они говорили, что его территорию могут забрать. Родители детей то же самое говорили.

Несмотря на заверения о том, что детский садик трогать не собираются, беседку на его территории сломали. Татьяна была свидетельницей. Соседи тут же вызвали милицию.

— Могу судить только с чужих слов. Нам также рассказывали о существовании договорённости: беседку снесут, кусок земли отрежут и построят в другом месте.Поэтому, да. Все были в курсе что происходит. Мы сняли на видео, как строители разбирали беседку.

Общественные обсуждения

Чтобы выяснить хоть какую-то информацию об объекте, обеспокоенные жители стали обращаться в разные инстанции. Удалось выяснить, что в 2015 году в администрации Центрального района проводилось общественное обсуждение строительства дома на Рогачёвской-Кирова. Говорили там и о высотке на Советской-Рогачёвской. Тогда об этом жильцы домов не знали. Чтобы выяснить, так ли это, решили сходить непосредственно в администрацию за протоколом обсуждения.

— Нас встретила секретарша. Из руководства там никого не было. Компьютеры вроде были выключены. Я попросила, чтобы нам перезвонили, как найдут протокол. И, вы знаете что, эта девушка нам перезвонила, — удивляется Татьяна.

Ситуация там была такая: подавляющее число людей были против. Власти приняли решение отдать проект на доработку. Я же ещё звонила в Администрацию Президента, общалась с чиновником. Он мне тогда сказал, что возведение таких объектов обсуждается по району, а не так, что каждый дом обговаривают отдельно. И я так думаю, что наш дом они тогда тоже обсудили мельком. Но, конечно, в первую очередь речь шла о доме на Рогачёвской-Кирова и все соседи были против.

Дальнейшая судьба протокола неизвестна. Посылали ли его на доработку или приняли так?

— А в администрации Президента мне тогда сказали, что рассмотреть жалобу смогут только, если: самого протокола нет, но есть копия — для этого нам должны дать отказ; протокол есть и люди не согласны; он есть и его послали на доработку. Но я не знаю, должны ли они по закону информировать людей о том, доработали они его или нет. Всё, что мы писали в администрацию Президента, всё перенаправляли в наш горисполком. Потому что нет копии протокола общественного обсуждения. А нам в Центральном районе отвечали, что у них нет, отправляли в УКС. В УКСе — то же самое. Ни у кого этого протокола нету. Где же он тогда?

Сходили даже на приём в КГБ. Там сказали, что ситуация «не совсем в их компетенции».

«Когда приезжал президент, такие же люди дежурили», — о том, как милиция следит за жителями

Кроме того, что милиция итак постоянно дежурит у объекта, звонят ещё и на личные номера. Часто не представляются и задают личные вопросы. Из того, что рассказывает Татьяна, становится ясно: следят не только за стройкой.

— Моему мужу звонили из милиции. Мол, ваша дочь ходит куда-то? Муж говорит: «У нас дочь давно уехала отсюда, это моя жена». Ну, мне конечно это приятно было (смеётся Татьяна), некоторым образом я их прощаю. Но тем не менее. Муж говорит: «Да. Моя жена выходит из подъезда». Тогда они ему, мол, а кто ходит к вашей жене? Понимаете?

Меня этот момент возмущает даже не потому, что слушают, подглядывают. Если это нужно в рамках обеспечения нашей безопасности, я за это. Да ради Бога. Вопрос не в этом. Что же там за преступление такое было, что вы такие силы бросили на это? — не понимает Татьяна.

У меня возникают такие мысли: это была чья-то просьба. Просьба нас попугать, чтобы мы остановились. Забрать у Андрея компьютеры, мобильные. Выбить нам почву из-под ног.

Кроме того, что из милиции звонили мужу Татьяны, звонили непосредственно и ей самой.

— Фамилии своей он не назвал. Попросил «забежать» к ним в отдел. Откуда я вообще знаю, где их отдел. Я там, слава Богу, не бываю. Я спрашиваю:зачем?. Он мне, мол, вы можете являться свидетелем происшествия. Я ему говорю: «Послушайте, молодой человек, в течение года я точно не являлась свидетелем никакого происшествия». Говорю, хоть объясните мне, что там случилось. На что он мне ответил, и это меня просто убило: «Я не могу сказать вам по телефону. Нас могут подслушивать». Я говорю: «Кто кроме вас?» Почему мы затем и пошли в КГБ. Это вообще какой-то бред. Это что, получается, я могла стать свидетелем какого-то преступления, с которым могут быть связаны такие органы?

По словам жителей, милиция или кто-то ещё караулит стройку круглосуточно. Всё это создаёт психологическое давление.

— Шла как-то вечером, смотрю, опять стоят. Было около десяти вечера. Решила спросить, зачем они здесь стоят. Говорю, мол, у нас тут просто какие-то происшествия происходят, и я переживаю. А нас потом в этих происшествиях обвиняют. Один мне ответил довольно грубо, а второй говорит: «Не волнуйтесь. Мы сами из милиции».

Они же постоянно тут ходят. Одного в подъезде встретила. Увидела его, закричала. Сразу удостоверение достал, успокоил, что из милиции. Некоторые, я так понимаю, по кустам сидят. Часть сидит в машинах по два человека.

В этот же вечер Татьяна с мужем, выгуливая собак, заметила за собой слежку.

— В этот же вечер ближе к двенадцати ночи раздаётся стук в дверь. Я посмотрела в глазок — никого нет. Притаилась. Слышу какие-то движения в подъезде. Простояла я так долго, но никого так и не увидела. Потом спрашивала у соседей, но из них ко мне в тот вечер никто не заходил. Непонятно, кто это приходил.

В тот вечер во дворе было много «характерных» людей, говорит Татьяна. Все примерно одинаково одеты — в штатском, у всех сумки на плечах. Стояли между домами.

— Дело в том, что, когда приезжал президент, такие же люди и тогда дежурили. И один из таких людей с сумкой заходил к нам и просил закрыть окно. Понимаете? Эти же люди. Их отличительная особенность — сумка через плечо и семечки в руках. Их внешний вид очень похожий.

Что произошло на стройке?

Что за поджог, из-за которого сейчас не дают спокойно жить жильцам близлежащих домов? Когда, стройка только начиналась, соседи стали свидетелями возгорания. Жильцы сами вызывали пожарных. По высоте пламя достигало второго этажа. Что горело и почему — непонятно. Чуть позже за ним последовали и другие, рассказывает Татьяна.

— Мне позвонила Алла. Рассказала, что у них прямо под домом раскопали газовые трубы. Я посоветовала вызывать газовую службу. Приехали, приняли меры. Это было до. Проходит какое-то время, звонит мне снова Алла и говорит, у нас на стройке снова пожар.

В общем, пожарная два раза приезжала. Что горело — непонятно. Говорили, вроде колёса подожгли. Но это как? Кто-то сделал предположение, что они сами там специально машины подожгли, чтобы получить страховку. Но вроде эти колёса были не на машине в тот момент, а так валялись. Непонятно.

Со слов жителей, изначально в пожаре подозревали сторожа стройки. Вызывали на допросы. Сейчас милиция пытается выяснить, причастны ли к возгораниям жители домов. Поэтому звонят, следят и охраняют стройку. Всё это и возмущает Татьяну.

— Сторожа этого они таскали постоянно на допросы. Запугали, до слёз довели. А потом выяснилось, что в тот день вообще была не её смена. Так это что получается, что они сами не знают, когда тот пожар был? Может, его и вовсе не было? Я вообще не понимаю, что там произошло.

Нарушения при строительстве. во двор пригнали высокий башенный кран

Со временем на стройку пригнали башенный кран. На фоне старых невысоких домов, он смотрится угрожающе. Такому жители не обрадовались. Решили выяснить, насколько легитимно он вообще там стоит.

— Кран этот висит над детским садом. Вряд ли так должно быть. Позвонила в «Госпромнадзор» — этим они занимаются, — рассказывает Татьяна. Спросила, может, он там стоять или нет. Оказалось, что разрешения на него никто не брал. Это нормально? А если он упадёт?

Такое в Гомеле уже случалось. В 2016 году кран рухнул на железную дорогу в районе Гомельской ТЭЦ-1.

— Понимаете, я боюсь. У меня нет детей, которые ходят в этот садик. Я не представляю, как родители этих деток не боятся, которые гуляют под этим краном. У нас соседка не водит малого в этот садик, боится. Она как увидела его, решила оставить ребёнка дома.

В общем, мы вызвали «Госпромнадзор». Они приехали и зафиксировали его работу. Попросили меня написать от руки заявление, потому что «там не совсем простая стройка». Это мне сказали открытым текстом. 


Ещё рассказали такую вещь, что, по законодательству, они не могут запретить этому крану работать. Даже несмотря на то, что изначально этот кран работает там без разрешения. А заявление мы написали. Несколько человек туда ездили. Дней через десять нам ответили, что с хозяином крана проводятся беседы. Вроде как уже появилось разрешение.

— Проверили они этот кран. Дали им административный штраф, — говорит Алла. Не знаю, сколько. И всё, могут работать. На стройке мне рассказывают, что у них есть ограждения. Я говорю: «Ну, он же над нами стоит». Детский садик пять дней на улицу не выводили.Сейчас в рамках строительства собираются спилить деревья во дворе.

Кроме всего, жильцы стали свидетелями, как днём с бокового входа, со стройки выносили крупногабаритные предметы. Грузили в личный транспорт. Когда рабочие увидели, что их снимают, нецензурно выругали.

Осторожно! Нецензурная лексика!

На фото видно: дом строят ускоренными темпами. В прошлый раз «Сильным новостям» сообщали, что работают на стройке без выходных. В паспорте объекта написано, что возведут к сентябрю 2019 года.

27 марта должно было быть собрание с жильцами. Время выбрали рабочее — 16:30. Маленькую бумажку с уведомлением повесили на забор стройки. Жильцов, которые принимали активное участие в обсуждении этой стройки, не уведомили.


По-прежнему открытыми остаются вопросы: что всё-таки произошло на стройке, зачем её так усиленно охраняют, почему обыск проводили именно у Андрея, и когда человеку вернут его вещи?

Подпишись на Я.Н

Надежда Пужинская, gomel.today
Присоединяйтесь к сообществу в Viber → Viber/gomeltoday

Места: Гомель (26139)

Метки: Общество (35293), Главное (7292)

Комментарии правила




Загрузка...

Самое обсуждаемое



Новое в блогах


Самое читаемое





Новости партнеров

Загрузка...

Новости партнеров



Новости партнеров

Загрузка...