«Машина их уехала, а они остались в кустах. Это был ОМОН». Впервые гомельские руферы рассказывают, как живётся тем, кто любит повыше — фото

  • 21 декабря 2018, 15:59
  • 7900
  • 0


Вот он свисает с крыши небоскрёба, держась за край одной рукой или изящная девушка делает гимнастический переворот на парапете — это руферы. Роликов подобного содержания предостаточно в любой соцсети. Но это, как правило, не здесь и не у нас. Гомельские ребята из инстаграм-аккаунта @gomelroofs рассказывают, почему не приемлют такого, что такое настоящий urbex, и куда вам стоит сходить, если ваше сердце жаждет высот.

Свои имена герои статьи раскрыть не могут, как и лица. Уголовной ответственности за то, что вы залезете на крышу какого-нибудь Гомельского дома конечно не предусмотрено. Но, учитывая их историю, это всё же может быть небезопасно — это во-первых, а во-вторых «палить залаз» не по правилам.

Имена изменены по просьбе героев.


— Как давно существует ваше комьюнити и много вас таких в Гомеле?

Миша: Нас, активных 5-6 человек. Плюс те, кто в тусовке — общаются, но активно не занимаются этим.

Рома: Работа, семья, дети, у кого-то изменились интересы. Даже, если у них есть желание, им просто не хватает на это времени.

Миша: Да, они за компанию отпраздновать например. Вот есть такой праздник День диггера. 15-го был в Минске. Собирается большая тусовка и все просто общаются в каком-нибудь нестандартном месте. Скажем, в прошлом году было в трёхэтажном бункере за городом. Ну, у нас что-то подобное, только в маленьких масштабах — 10..15 человек. Из них 5 активных.


— Как вы вообще нашли друг друга?

Миша: Интернет.

Рома: Да, интернет. Увидели схожие по тематике фотографии друг у друга. Он занимался (про Мишу) и я тоже. Просто по отдельности. Потом связались и понеслась.

Миша: Изначально вообще как происходило? Это был я, который этим начинал увлекаться больше 6 лет назад. И был ещё один человек. Мы с ним связались просто потому, что кроме нас никого не было. И хотелось лазить вместе. А потом уже через 1-1,5 года стали прикрепляться люди. Как-то так и сформировалась тусовка. Кто-то приходил, кто-то уходил. Но в принципе, количество не становилось больше. Кому-то становится интересно, потом надоедает.

— Ваша самая первая крыша?

Миша: У меня это — крыша моего собственного дома. Когда мне ещё было лет до 10. С отцом поднимались.

Рома: Та же история, крыша собственного дома. Наверное, лет в 11. Ну это так. Ещё не понимали что происходит.

Миша: Да. А если осознанная первая, то это в школе уже было. Где-то соседний дом смотрели, поднялись и подумали: «О, прикольно!»


— Глупо спрашивать вас о страхе перед высотой или всё же есть такое?

Миша: Нет, ну страхи есть у всех. Просто есть страх контролируемый, а есть неконтролируемый. К слову, я такое видел. Это когда человек не может мост в парке перейти, потому что «мне кажется он шатается». 

Рома: Мы не занимаемся какими-то там дикими вещами типа «зацепа» (имеется в виду трюки, которые выполняют руферы). Не ради крутого экстрим-кадра или комментариев.

— Понятно. А что вы думаете насчёт всех этих роликов в YouTube? Когда ребята вытворяют разные опасные вещи, стоя на краю крыши. Например, насчёт такого аккаунта в инстаграме, как @rooftopguys? Как к такому относитесь? Там бывают очень захватывающие фото. Или всё это ради хайпа?

Рома: Ну, это юношеский максимализм какой-то. Мне кажется, такое с возрастом должно пройти.

Миша: Есть два примера: это чувак, который себя поджог на «Немиге». Добежал потом всё таки до Свислочи, чтобы окунуться. Но он неадекватный. В тусовке его все гнобили, потому что он действительно неадекватный человек. Финальным аккордом и был этот поджог. Просто ради подписчиков. Вроде как он сейчас сидит — уголовку вписали за это.

Вторая история. Есть такая девушка Ангела Николау. В общем, она гимнастка профессиональная. Вся её популярность построена на том, что она делает какие-то трюки на крыше. Сам смотришь и как-то неуютно.

Рома: Это попса. Получается, ты торгуешь лицом, привлекаешь слишком много внимания.

Миша: Но у неё вся жизнь как бы на этом построена.

Рома: Вообще, по хорошему, всё это делается за идею. А когда сей процесс коммерциализируют, он постепенно теряет свой смысл. Абсолютно. Человек умирает для тусовки. Его больше не воспринимают всерьёз.

Миша: То есть, приезжают ребята из Лондона например. Не к нам, но в СНГ. И в принципе, в тусовке все друг друга знают. И если кто-то один что-то утворил, то узнают сразу все. И когда кто-то уходит из понятия urbex в понятие бизнес, то как бы тут отношение такое: понятно всё с тобой.


— В таком случае, существует ли у вас какой-нибудь кодекс руфера? Общепринятые правила, которые нельзя нарушать?

Миша: Если честно, раньше были.

Рома: Не палить залаз. Например, ты выложил какую-то крутую фотографию с определённого ракурса, и все понимают, откуда это, но не понимают, как ты туда попал. В этом-то вся и фишка.

Миша: Короче, есть такое понятие как: я хочу «спалить» свою ж*** на своём же залазе. Потому что если «спалится» кто-то другой, то его закроют. Либо что-то сделают, чтобы туда было сложнее попасть. Поэтому всё это не разглашается.

Рома: Если знакомый спросит, то всё нормально. Но если так, непонятно кто, то конечно рассказывать нельзя.


— Ради чего вы всё это делаете?

Рома: Мне интересно в основном из-за каких-то художественных кадров, интересных ракурсов. Я, как фотограф, испытываю к этому симпатию.

Миша: Цели абсолютно разные. Вот если брать весь спектр знакомых, то кто-то ходит порисовать просто. Ну, это хорошее место для уединения, скажем так. То есть, это же и соревнование какого-то рода. Крыши — место закрытое всё-таки. А если это какое-то административное здание, то ещё и охраняется. Скажем, Адмиралтейство в Петербурге или Москва-Сити. Тут уже спортивный интерес включается, и если ты там не был — это уже позор.

У нас такого нет. Не с кем соревноваться — все свои, да и негде по большому счёту.

Рома: Для Гомеля таким объектом в нашей тусовке считается башня «8 марта» (фабрика «8 марта» на Советской) со звездой. Мы там были нелегально.

Миша: Стояли на самой звезде.


— Как обычно это у вас происходит? Как вы договариваетесь, куда пойдёте?

Миша: У нас есть общий чатик, у белорусской тусовки. Ну, и там уже пишешь, есть ли у кого-нибудь желание сгонять туда и туда. Или, например, я: «ехал сегодня в трамвае и мне показалось, что оттуда будет хороший прострел на перекрёсток» (речь о фотоснимке).

— Случалось ли вам попадать в конфликты с милицией или с жителями домов? Наверняка такого сложно избежать.

Рома: Было и такое. И не раз. Было даже как-то в Киеве. Там есть жилой комплекс «Кловский» — самый высок в Киеве, да и наверное в Украине.

Миша: 180-190 м. по-моему.

Рома: Мы туда полезли большой компанией, человек 15-20. На крышу. Наверху, каждый занимался своим, одни фотографировали ночной город, другие просто общались между собой, третьи светили дальнобойным лазером вниз, что собственно и вызвало подозрения, что на крыше кто-то есть. Ну, естественно,позже пришла охрана, начала задавать вопросы.

Миша: Нас убежало только трое из 19 ребят. Есть такая классическая фраза.

Рома: Кого-то приняли, кому-то удалось убежать.


— Кстати, вы видели этот известный ролик с Арки дружбы народов в Киеве?

Миша: Знакомые наши ребята поднимались. На самом деле был очень крутой способ подъёма. Но это не для публикации.

А вообще, классический случай — уезжать куда-нибудь на сутки и лазить везде, где хочешь.Полный отрыв от времени, своеобразная разрядка мозга — повседневность ужасно ломает. Неделя, месяц, два — и потом нужен пожар (смеется). Мы так в Могилёв приехали году в 2015. И сразу первая же крыша с какой-то башенкой, где-то на окраине города. Побыли там. Уже надо собираться, и тут нам кто-то начинает светить фонариками и кричит, чтобы мы слезали. В итоге через какое-то время пререканий, они уезжают. А оказывается, что это была обманка. Машина их уехала, а они остались в кустах. Это был ОМОН. Оказалось, бабка какая-то позвонила, сказала, что крышу разбирают. Ну, они фотки просто посмотрели, которые мы сделали, и сказали мол чего ночью лазите, будите ото сна честных тружеников тыла — лазьте днём.

Рома: У нас, в Гомеле, простая двускатная крыша. Решили подняться. С неё вид такой, не сказал бы, что особенно крутой, но летом тепло по вечерам, скат нагревается — очень приятно сидеть — закат догорает. Поднялись, не помню, сколько нас было: 3-4 человека... Сидим, смотрим, машина во двор поехала, за ней вторая, потом третья. А мы на крыше с видом на кольцо по Жарковского. Начинаем замечать, как, уже светят фонариками снизу вверх. Тут, мы конечно поняли, что всё, пора «приниматься». Слазить нельзя — возле подъезда по любому будут стоять. Милиционеры обычно сами не лазят.

Миша: Боятся высоты (смеётся).

Рома: А мы залезли по внешней лестнице. Они конечно там не полезут — через чердак скорее. Короче, поднялись через чердак. Через внешнее окошко. Увидели нас, говорят: слазьте. Смотрим, а внизу уже делегация жильцов. По подъезду спускаемся, а там бабки, что-то вслед начинают кричать, немного неловко было. Мы вышли. Нас посадили в машину, отвезли в отделение. Но никакого состава преступления нет. Мы рассказали, что просто фотографировали. Они посмотрели, типа: ну ладно, ребятки. И отпустили.

Миша: Но тут, как говорится, было бы желание. Было такое, что выписывали за переход в неположенном месте.

Рома: Вот если на заводе примут, тогда да, могут что-то выписать.

Миша: То есть, существует режимный объект. Как завод, например. Но если завод гнилой — как АРЗ на Рембыттехнике — он по факту существует, но его как бы и нет на самом деле. Мы там были внутри, там всё очень плохо. Но, даже если там примут, всё равно это очень серьёзно.

Рома: Радиозавод. На оборонку раньше работал. Сейчас, наверное уже нет.

Миша: Не, я там был недавно по работе. На оборонку до сих пор работает.

Рома: Там с охраной достаточно неплохо.

Миша: Оборонка вообще такая штука, она высоко ценится. Потому что там охрана и всё серьёзно.


— Кстати, ваша работа как-то связана с тем, что вы делаете?

Миша: К сожалению, нет.

— В Гомеле, наверное, где вы только не были. Сколько крыш у нас облазили? Какие заводы?

Рома: Да, практически всё.

Миша: Но, понятно, что если спальный район, то там примерно пятнадцать одинаковых домов. Смысла облазить все — никакого. Выбирается всё по виду — будет он или нет.

Рома: Или по высоте. Потому что это логично.

Миша: Иногда вид будет лучше с балкона. Или, например, если какое-то культовое здание. Как ДК Железнодорожников возле вокзала. Там вида нет никакого: скучно, нечего делать. Но, надо же залезть просто для порядка.

Рома: Для статуса.

Миша: Гостиница «Гомель» — то же самое.

Рома: Вокзал, кстати, тоже режимный объект. Туда мы еще не лазали.


— Туда разве возможно как-то залезть?

Рома: И на старое, и на новое здания — конечно.

— Самые высокие покорённые вами точки в Гомеле?

Миша: В Гомеле труба наверное. Но, там около 100 м. Это не много на самом деле.

Рома: ТЭЦ на ЗИПе, котельная — на Барыкина. Как на Химзавод ехать слева. Если немного во дворы удалиться. Ещё GSM-вышки.

Миша: Горы Химзавода. Но это так. Крутой вышка считается в Галиче в России, за Питером. Там 330 м. Её повалили недавно. Туда энтузиасты даже наверх засунули тележку из супермаркета. Причём, там же лестница очень узкая. Ты даже с рюкзаком там пролезть не можешь. Они её на канатах поднимали снаружи. А это огромное упорство нужно. Они её зимой затянули в минус.


— Вы и там были?

Миша: Не успели. Её повалили недавно.

Рома: Была где-то недалеко ещё от Марьиной горки. Антей.

Миша: Это база российской связи. Тоже оборонка. Там 270 м.. Мы успели слазить. Потом уже вторая группа ехала, но вышку уже снесли.

— Группа таких же руферов, как и вы? Кстати, они есть в каждом городе?

Рома: Urbex-тусовка, да? В каждом. То есть, в областных центрах нашей страны есть, но это, как правило, 2-3 человека.

Миша: В Минске человек 15-20. В Беларуси в принципе такая архитектура, что...

Рома: Ни мостов, ни высоток.


— А под землёй есть где полазить? Разные ходы, реки?

Рома: Да, то же самое.

Миша: Ну, под парком лазили.

Рома: Но там уже процентов 80 позасыпали. Либо позакрывали от постороннего вмешательства.

Миша: Гомеюк. Там были. Красивая историчка, находка в наших краях. Но без снаряжения там сейчас смотреть нечего.


— Наверняка, в вылазках находили что-нибудь интересное? На тех же брошенных заводах, например.

Миша: Сами по себе заводы — это уже интересно. А если это ещё и объект гражданской обороны...

Рома: Если есть бомбоубежище, то вот там можно что-нибудь интересное найти. В Речице есть завод «Ритм». Он занимался в лучшие свои годы тем же, чем и наши «Коралл» с Радиозаводом.

Миша: Да. Тоже на оборонку работал.

Рома: Недавно ездили в Припять. Это был наш первый пеший поход. Ходили на 6 дней. Мы ничего — 110км за 5 ночей пройти — не проблема, а вот с нами была девчонка из Германии — умирала от мозолей и тяжелого рюкзака. Очень классное ощущение — ходить по ночам без света. Этакий длинный залаз длиной в 5 суток. Впечатления супер! После возвращения по ночам катались на велосипедах без света по захолустным пустым дорогам, вспоминали город-призрак!

Мы потом туда ещё раз поехали, но уже на велосипедах: 4 гомельчанина и из Бреста один парень. Купили велосипеды «Аист». Ты же понимаешь, что если тебя заметили, то нужно бросать велосипеды и очень быстро перемещаться в безопасном направлении. Главное, чтобы не приняли. В общем, загрузили в машину, проехали через границу. Ну и всё. На этот раз мы там были 4 дня.

Миша: У нас, например, есть такой центральный пункт. Там такой экран с точками нанесёнными. Там все бомбоубежища области. Приборная панель со светящимися лампочками.

Рома: Есть такая полулегенда. Но вот там никто не был из наших ребят.

Миша: Есть на 90% подтверждение, но вот 10% под вопросом.

Рома: В Гомеле, в центре есть сеть убежищ, которые соединены между собой. Как командный пункт. Он берёт начало от Комитета (КГБ), проходит через отделение нацбанка, и в сторону сквера им. Громыко. По актуальной информации сеть находится под охраной МЧС.

Миша: Но пока подтвердить эти самые 10% не получилось. Есть в Гомеле ещё подобные командные пункты, в которых мы уже были.


— Ну, туда, скорее всего, попасть нереально. А так, где бы ещё хотели побывать в Гомеле?

Миша: Наверное на здании администрации Железнодорожного района. Оттуда вид красивый. Это то, чего у меня ещё нет в копилке, скажем так.

— Что будете делать, когда пресытитесь Гомелем?


В один голос: Так уже давно.

Миша: Последние два года, мы практически здесь уже не обитаем.

Рома: Можем просто выйти пообщаться на какую-то крышу вместе.

Миша: Либо мы сейчас сидим в кофейне, либо мы пойдём точно так же где-то на крыше посидим или в какую-нибудь подземную реку сходим. Абсолютно одинаково.

Рома: В Киеве даже официальные подземные экскурсии проводят, разумеется на коммерческой основе.


— А вы сами делаете такое?

Рома: Да, мы открыты. Иногда, в основном в сезон, люди пишут с просьбой сводить на крышу, кто-то хочет устроить свидание, кто-то просто посмотреть на город с другого ракурса. У нас город не туристический, я считаю, поэтому обращаются, в основном гомельчане. Летом приезжали ребята с Москвы. Съездили вместе на интересное предприятие, показали пару крыш, москвичи остались довольны.

Миша: Просто, например, если брать ту же Москву. Есть книга «Преисподняя» Владимира Гоника. Она сделана в виде романа. Сам автор ещё при Совке лазил, причём соло. То есть, он был первым, кто это всё исследовал, и описал это в книге. Причём, не простое перечисление, а собрал в сюжет.

Рома: Причём, все названия художественно завуалировал.

Миша: Например, он «спалил» один залаз. Это обычный люк за фонтаном. А на самом деле, фонтан — это маск-сооружение, которое скрывает огромный вертикальный ствол метро, куда при желании поместится поезд. Он стоит вертикально и уходит на глубину около 80-ти метров. И фонтан просто скрывает это, чтобы его не было видно. Фонтан ведь тоже круглый. Тем самым, попадая под фонтан — ты попадаешь в целую сеть разветвлённых коммуникаций, которые проходят по всей Москве. Причём, есть мнение, что, фактически, до 1991 года можно было попасть в любое здание в Москве в пределах Садового кольца, не выходя на поверхность. Ещё и поэтому Москва была самым главным двигателем этого движения. Потому что там, ну просто, лазить не перелазить.


— В Москве понятно. Она большая. Гомель, наверное, диаметрально другой город? Тем не менее, можно ли у нас этим как-то заработать?

Рома: Нет. Мало интересных объектов. Все или сгнило, или...

Миша: Есть на что посмотреть, если сравнивать с самой Беларусью. Но если сравнивать действительно какие-то масштабные сооружения, то это крупицы. Опять же, мало увлекающихся. Но это закономерно. В начале 20 в., например, не было смысла строить оболочку для подземной реки диаметром 3-4 м., потому что она как бы маленькая и объем вод не большой. Строили, ну — 1,5 м, 1, и менее (пробовали и в 0,5 лазить, но это уже «шкуродёр» — одежду снимать нужно — не пролазишь.)

Снова, классно в Москве. Там подземная река Неглинка. Она в ширину 6-7 м., и в высоту — 3 или 4. То есть, это такой прям бульвар. Там ездить на машине можно. У нас такого нет, к сожалению.

Рома: Масштабы у нас совсем другие в городе, да и в принципе в Беларуси.

Миша: У нас единственное более или менее масштабное сооружение в Гродно. И то, только потому, что из-за какой-то инженерной мысли, её сделали диаметром более 3 м. и очень длинной по протяжённости.

Между Брестом и Гродно есть КП ОВД — командный пункт Организации Варшавского Договора. Это десять этажей под землёй. Он к развалу Совка был уже полностью готов. Их было три на весь Советский Союз — из всех наш — самый живой, если это можно так назвать. Один из них, буквально за год разворовали полностью. А второй — разобрали до основания. Наш тоже после снятия охраны растащили вояки, металлисты и местные — десять этажей ржавых коридоров.

Но есть и живые объекты — «Рубрика» та же. По уровню идёшь — освещение, приборы работают — всё отлично.Найти сам этот объект — большая-большая удача. Вообще, это бункер связи отдельных блокпостов. Скажем, как один большой телефонный центр, полностью автономный в случае необходимости. Чтобы в случае чего, там можно было бы разместить гарнизон и поддерживать связь войск. Во время ядерной угрозы, например или военного положения. Беларусь вообще богата как на фортификацию, так и на объекты ГО и объекты ядерного щита.


— Иногда разное можно услышать, и легенд разных много. Даже у нас в Гомеле. Встречались ли вы с чем-то необъяснимым? Кто-то ведь в это верит.

Рома: С таким точно нет.

Миша: Это ведь вопрос восприятия. Мы были как-то в катакомбах в Одессе. Самые длинные катакомбы мира. Причём, там даже нет ни одной карты, потому что хаотично всё устроено.Их особенность — твоего крика не слышно даже на расстоянии пары десятков метров — так порода впитывает!

Рома: Раньше там ракушечник добывали. И так постепенно прокопали весь город. Сначала каждый себе делал лазы, постепенно их соединяли.

В 90-е там и убийства были. Вот с этим местом легенд очень много связано.

Миша: И машины там пилили, и склады краденого, и криминал весь там жил чуть ли не постоянно, и что только ни творили.


— Вы довольно опасными вещами занимаетесь. Случалось ли с вами что-нибудь на грани? Возможно, на крыше застревали?

Миша: Со мной такое два раза было. Один раз здесь. Оказалось, что с тыльной стороны двери нет замочной скважины. То есть, её невозможно открыть изнутри. Пришлось по стене слазить.

А вторая история: это моя же собственная крыша. Просто, чтобы не связываться с ненормальным дедом, я открыл эту дверь и просто закрыл за собой. А ключ где-то на крыше потерял. Не смог найти потом. Пришлось куском какой-то медной проволоки открывать замок. И это всё в −30. Не знаю, как я это сделал. Я потом как-то пару раз приходил, пытался открыть этой же проволокой. Не смог.


— А травмы бывали?

Миша: Подо мной пол как-то провалился в метро. Мы шли поверху. Там есть настил из досок. И я, видимо, стал на одну из самых гнилых. И она просто провалилась подо мной. Меня подхватили. Зато камера вместе со штативом слетели вниз. Пришлось на запчасти продать.


— Высоко было?

Миша: Высота там не сильно большая: 5-7 м.. Но я бы наверное разбился. Потому что это незаконченная стройка. Прямо под стелой на Майдане находится. Там строили командный пункт для правительства, но не достроили. И там же строительный материал весь этот валяется, рельсы. Если бы упал, то да... В сентябре это буквально было.

Ещё одна история. Дворец профсоюзов в Киеве. Заборы возле края крыши держатся на проволоках. Мы ночью шли. Одна девушка, которая с нами была, не заметила, споткнулась и упала на одну из проволок шеей. И просто начинает скатываться вниз. Её ловят. Но, в итоге, теряет сознание. Наверное полчаса не могла в себя прийти. Два часа дезориентировалась в пространстве. А действие уже к закрытию метро. Спустились по внешней лестнице. Нашли охрану.Те поднялись через чердак. Доктор, который тоже там был, из окна сам не вылазит — высоко. Мы вынесли её на руках. Медики её через подъезд спустили и всё закончилось благополучно.

А так, разные истории случаются.

Один из наших ребят был в Челябинске. И они там залезли на доменную печь. Внимание: ПОЖАРИТЬ СОСИСКИ. А это такая штука, высотой 100 м., из которой пламя извергается. И они стоят там, жарят сосиски. А сверху просто Афган — сухо, жарко.И тут слышат какой-то грохот — задвижка в печи открывается. И они как в фильме, когда главный герой уходит, а позади взрыв, начинают убегать вниз от этих раскаленных газов.


— Наверное, это невероятный стресс. Ну, и адреналин по-видимому. Но Гомель, такой ведь, достаточно спокойный город. Бывает вообще страшно? Какой для вас самый большой стресс?

Рома: Неадекватная реакция жильцов или правоохранительных органов.

Миша: Две ситуации. Либо тебя просто лупят дубинкой, либо спрашивают чего ты ночью полез — лезь типа днём и не мешай окружающим.

Классическая ситуация на каком-нибудь заводе сторож: «Да если бы вы ко мне подошли, я бы вас пустил!»

Рома: Потом подходишь: «Не, ребят, ну вы что- это же режимный обьект, нельзя вам сюда».

Миша: Не раз бывало такое. Потом разворачиваешься и залазишь своим способом.


— Ну, и напоследок. Топ-5 мест в Гомеле от @gomelroofs?

Миша: 1. Улица Баумана. Попадёшь туда — завоюешь респект неземного масштаба и геморрой до конца жизни

2. Телевышка, она же улица Пушкина, 6Б

3. Рогачёвская улица, 9

4. Площадь Ленина, 2

5. Проспект Ленина, 10




Часть фото предоставлены аккаунтом gomelroofs

Больше фото, в том числе с крыш и индустриальных сооружений — в инстаграм-аккаунте: @gomelroofs




Надежда Пужинская, Наташа Ошека, gomel.today
Мы создали канал в Телеграме для того, чтобы быстро рассказывать вам новости → https://t.me/gomeltoday

Места: Гомель (24550)

Метки: Общество (33001), Главное (6704), Такая жизнь (75)

Комментарии правила




Загрузка...

Новости партнеров

Загрузка...


Новое в блогах


Самое читаемое



Новости партнеров

Загрузка...


Новости партнеров