Воскресенье, 20 июня
  • Погода
  • +28
  • EUR2,9964
  • USD2,5153
  • RUB (100)3,485

События августа разлучили маму с 12-летней дочкой. Недавно белоруска вышла из СИЗО — посмотрите на эти эмоции

Анна Сунгурова одна воспитывает троих детей, старшие сыновья — уже взрослые, а младшей Вике — 12 лет. Пока взрослые разговаривают, девочка прижимается к маме поближе, как будто боится отпустить. Мама отвечает нежностью — ласково обнимает дочку, с которой семь месяцев пришлось жить порознь. Все это время Анна находилась в СИЗО, а Вика жила с бабушкой и настойчиво ждала маму из командировки (именно так ей объяснили отсутствие самого близкого человека). Мама с дочерью вели очень трогательную переписку, а недавно встретились, чтобы больше не разлучаться, пишет Rebenok.by.

События августа разлучили маму с 12-летней дочкой. Недавно белоруска вышла из СИЗО — посмотрите на эти эмоции
Анна вернулась домой 20 апреля, фото TUT.BY

Волонтера и менеджера мебельной компании Анну Сунгурову задержали 25 сентября прошлого года по событиям 9-11 августа. В апреле прошел суд. Изначально белоруску обвиняли по ст. 293 УК (Организация массовых беспорядков), но позже статью переквалифицировали. Анну признали виновной по ч.1 ст. 342 УК (Организация и подготовка действий, грубо нарушающих общественный порядок, либо активное участие в них) и наказали тремя годами «домашней химии». Белоруска не ожидала такого мягкого приговора в ее ситуации.

— Я думала, что мне дадут пять лет тюрьмы, — совершенно спокойно, с улыбкой, говорит мама, а Вика в этот момент удивленно вздыхает. — То, что статью, по которой меня обвиняли изначально, переквалифицировали на более мягкую и прокурор запросила всего лишь три года домашней химии, стало полной неожиданностью для меня. На третьем заседании, за день до оглашения приговора, я впервые осознала, что скоро вернусь домой.

Родственники настраивались на самые разные сценарии. Например, мама Анны — Анжела Геннадьевна — на предпоследнем заседании зацепилась за слова прокурора «три года» и была уверена, что речь идет о лишении свободы. — Она мне тогда еще показала коробку с подарком для Вики и сказала: сегодня я это подарю от тебя. А я ей шепчу: давай завтра.

Она в шоке, не понимает: почему завтра? В общем, я успела ей как-то донести, что дарить ничего не надо. На следующий день мама уже пришла подготовленная, понимала, что меня отпускают. Но она знала, что я люблю детям устраивать сюрпризы, поэтому Вику нашу отправила в школу (учеба во вторую смену). У меня была возможность подготовиться к встрече.

«Это была буря эмоций, похоже на передачу „Жди меня“»

День возвращения навсегда останется в памяти у мамы и дочери. Это были настолько сильные эмоции, что их сложно описать словами, говорит Анна.

— Перед этим из тюрьмы я написала Вике, что следующее письмо будет самым важным — я расскажу тебе всю правду. Я же была уверена, что меня посадят, поэтому хотела рассказать все как есть. И тут я понимаю, что еду домой. Решила, что все равно подготовлю это письмо — последнее — и отдам дочке. Внутри письма был такой текст: «Малышка моя, у меня для тебя сюрприз, сказать — какой?».

Письмо девочке вручал старший брат, а Анна в этот момент стояла в коридоре, притаившись, чтобы дочка ее не видела.

— Вика прочла письмо молча и не могла понять, что за сюрприз ее ждет. Мой сын опять говорит: почитай, что там написано. Она снова ничего не понимает. И тут я подкрадываюсь сзади и как будто вырастаю из-за спины сына! У Вики был шок, она так плакала, я не думала, что доведу ее до такого состояния. Мы плакали вместе, обнимались, целовались, она меня повалила на кровать и мы еще долго валялись.

— Я пришла домой, прочитала эту записку и вообще ничего не поняла. Представляла себе какой угодно подарок, но только не мою маму! — вспоминает Вика, ее глаза светятся.

Письмо-заготовка, которое Анна нарисовала в СИЗО, но вручила дочке через сына уже дома

Письмо-заготовка, которое Анна нарисовала в СИЗО, но вручила дочке через сына уже дома

— Это была как будто передача «Жди меня», просто буря эмоций, слезы, это что-то… В тот день меня все разрывали на части. Но в первую очередь хотелось уделить внимание Вике, купить все-все-все и забросать подарками…

— Айфонами? — подсказывает Вика, а мама смеется.

— Этого я не разделяю, но подарков она получила много разных, сережек всяких, колечек, вот посмотрите, какие красивые!

Была волонтером, а потом оказалась в СИЗО

День задержания тоже запомнился Анне очень хорошо, но эмоции были прямо противоположными. 25-го сентября Вика ушла в школу, а Анна решила покататься на мотоцикле — это ее любимое хобби. Когда вернулась, ей позвонили по телефону и сказали, что кто-то поцарапал машину.

— Я открыла дверь в квартиру, чтобы спуститься, — и там уже стояли «трое из ларца». Обыскали квартиру и в тот же день задержали. Позвонить дочке и вообще кому-либо мне не дали, хотя я объясняла, что у меня дочка-школьница — и она здесь останется одна. Потом они сами набрали мою маму, насколько я знаю, когда Вика уже пришла домой.

Как выяснилось позже, задержание было связано с августовскими событиями. Но предыстория относится к июню, когда в Минске были проблемы с водой из-за аварии на водоканале. У героини большой опыт волонтерства (с 2012 года она помогает детям-инвалидам в интернатах), и в ситуации с нехваткой питьевой воды минчанка не могла оставаться безучастной.


— В вайбере появилась группа о помощи. Мой друг сбросил координаты, где можно набрать питьевую воду из колодца. Я откликнулась, сказала, что на авто, если кому-то нужна вода, могу помочь. Мне написал в сообщения мужчина, который предложил свою помощь — он готов был поездить со мной и подсказал, где лучше брать воду. Это было часов в 10 вечера, и до трех ночи мы воду в итоге развозили. Тогда у меня был отпуск, я несколько дней этим занималась.

Мужчина, откликнувшийся в группе о помощи, оказался работником штаба Валерия Цепкало. Анна говорит, что за ним следили, его телефонные разговоры прослушивались. Так и она сама оказалась под наблюдением.

— Мы много общались по телефону, возможно, поэтому они подумали, что я имею какой-то политический вес. Когда начались все эти августовские события, конечно, я высказывала свою точку зрения. Своими глазами видела, что происходило 10-го числа на Пушкинской, в день смерти Тарайковского, какой кошмар там творился, до 4 утра все громыхало. И не обсуждать это было странно. Мы тут все другу другу звонили и общались, а мои разговоры записывались.

«Мама в тюрьме — это же кошмар для ребенка»

Когда Анну задержали, она очень переживала по поводу того, как ситуацию воспримет Вика. Сыновья уже относительно взрослые — им 18 и 20 лет, а вот дочка к маме очень привязана. Героиня решила, что лучше временно оградить ребенка от жестокой правды, и попросила бабушку придумать легенду про командировку.

— Я возвращалась из школы, и мне позвонила бабушка, сказала, что мама уехала в командировку, собирай вещи. И все — брат отвез меня к ней, там я жила все семь месяцев, — делится своей версией событий Вика.

Спросили у девочки, действительно ли она верила в то, что их с мамой так надолго разлучила работа. Вика смущенно улыбается в ответ. Она объясняет: да, верила, но одноклассники пытались намекать на то, что мама в тюрьме, а не в командировке.

— Меня называли «безмамной». Говорили, что из-за меня моя мама в тюрьме. Я думала, что просто так шутят или издеваются, даже не знаю… Я им все время доказывала, что моя мама в командировке, откуда вы это взяли? Спрашивала, кто вам это сказал, а они ничего не объясняли… Когда у меня была совсем прям депрессия, я плакала, потому что у меня отобрали маму. Иногда я даже думала, что ее больше никогда не увижу.

— Мне кажется, дети все же сделали свое дело, — дополняет Анна. — В одном из писем Вика написала, что нашла мой кошелек, мои ключи, а еще видела, как бабушка собирает мне какие-то передачи. «Ты вообще где?» — спросила она. Но так как письма к нам приходили не очень часто, я решила, что лучше не буду отвечать на этот вопрос. Я очень боялась дочку травмировать: она же тогда будет думать, что маме плохо, что она в тюрьме, а может, ей нечего есть, а может, ее бьют? Осознание того, что «мама в тюрьме», мне кажется, это кошмар для ребенка.

Анна старалась, чтобы через письма Вика чувствовала, что она про нее не забыла, что всегда рядом. И именно в СИЗО героиня научилась рисовать — даже не ожидала, что в ней раскроется такой талант. Она рисовала и портреты Вики, и черно-белые рисунки, которые девочка могла раскрашивать и чувствовать мамину заботу.

— Когда мне бабушка давала письмо от мамы, у меня прям поднималось настроение, я читала, что меня мама любит, поддерживает, она мне постоянно присылала какие-то пожелания, — вспоминает Вика. — И я сразу про все проблемы забывала.

— А ты о чем писала? — спрашиваем.

— Рассказывала, как у меня дела, писала про свои оценки, про то, как я ее люблю…

Когда с разрешения Вики журналисты зачитали вслух фрагмент письма, она очень смущается. Эта переписка полна нежности и любви: «Привет, мамулечка моя! Я по тебе очень скучаю», «Мамуля, ты лучшая», «Мама, ты красивая», «Мама, ты зайка».

— А еще она мне открытку прислала «Герои Беларуси». Мне очень понравилось и показалось, что даже как-то символично, — хвастается Анна.

Про жизнь в СИЗО: «Как будто находишься в туалете»

Белоруска признается, что первое время все ее мысли занимала дочка. Был сильнейший страх, что ребенка заберут в детский дом.


— У нас были вопросы с опекой, поэтому мы все очень переживали за то, оставят ли ребенка с бабушкой. Но потом приехали люди из школы, подтвердили, что условия хорошие, пообещали, что не будут их трогать и будут защищать, но при этом дали понять, что статья моя «не очень хорошая» и если к школе будут какие-то вопросы, то никто на себя ответственность брать не будет.

Когда стало понятно, что дочка останется с бабушкой, Анна выдохнула. И занялась «рисованием» — так и прошли эти полгода. Нужно было отвлекаться от невыносимых условий, которые белоруска описывает коротко: «Это жизнь в туалете».

— Очень маленькое помещение, огромное количество людей, дышать практически нечем. Восемь человек размещаются на 14−15 квадратах. Спальные места, узкий такой проход, маленький столик и в конце — туалет со шторкой. Грубо говоря, ты живешь в общественном туалете.

Несмотря на гнетущую атмосферу, Анна сдружилась со многими сокамерницами. В День воли они даже устраивали перфоманс в СИЗО. —

Вышли к охране с бантиками в БЧБ-цветах и даже отчитались на белмове. Мы думали, охранник упадет на месте от неожиданности. Бантики сделали из салфеток — просто разукрасили их фломастерами.

Журналисты спросили, как белоруску провожали в СИЗО. Есть ли какие-то традиции?

— Да, когда человек выходит на свободу, надо полить дверь водой — получается лужа, — смеется Анна. — Мы прощались в семь вечера, устраивали чаепитие, «полежанки», потому что места там особо нет, ко мне просто все по очереди приходили — и мы болтали. С одной девочкой (я там как мама стала для нее) до 11 вечера мы валялись, не могли проститься. Она мне еще давала напутствие: «Не лезь никуда, чтобы сидела тихонечко дома».

«Тяжело вливаться в нормальную жизнь»

Сейчас Анна потихоньку вливается в обычную жизнь, но про сокамерниц не забывает: недавно одной из них — круглой сироте — собирала передачу с воли. А в понедельник у белоруски был первый рабочий день — в компании ее дождались и встречали с тортом. Совмещать и работу, и заботы о детях непросто, признается собеседница. В СИЗО полностью отвыкаешь от многозадачности.

— Там у меня было пять задач, грубо говоря, покушать/сдать посуду/сходить на прогулку/почистить зубы и лечь спать. А здесь нужно столько всего решать и в первую очередь этим красавчиком заниматься — говорит мама и прижимает дочку покрепче. — Первые полторы недели я буквально «носилась» везде и просто не понимала, как снова влиться в эту жизнь, все успеть.

Что немного расстроило — это равнодушие людей к происходящему вокруг. Анна перестала узнавать некоторых знакомых.

— Они сейчас боятся всего и ничего не хотят, на меня косо смотрят, говорят: «Тебе дали бешеный иск 24 тысячи рублей. Что ты дальше собираешься делать?»

— И что вы собираете делать? — повторяем вопрос.

— Просто дальше жить, — улыбается в ответ Анна. — Иск о возмещении имущественного вреда буду обжаловать. А так… у нас дочкой куча планов. Главное, что мы рядом.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Новости по теме:
Поделиться:


Популярное:
«Славянский базар»: что с билетами, какие артисты приедут, платят ли им
6427
Вкладывать в себя, а не тряпки: мама троих детей из Гомеля поделилась историей успеха
5838
Фотофакт: в Светлогорске появился питодинозавр
4730
В центре Гомеля произошло серьёзное ДТП: столкнулись Volkswagen и BMW
4526
Беларусь единственная в ООН проголосовала против резолюции, осуждающей хунту в Мьянме
4352
На Интернациональной в Гомеле ночью легковушка сбила мужчину
4184

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: