Среда, 24 февраля
  • Погода
  • -1
  • EUR3,1623
  • USD2,6006
  • RUB (100)3,5054

Сколько суждено сидеть Бабарико?

Власти всячески стараются представить Виктора Бабарико банальным уголовником. Сегодня, в первый день суда над ним, генеральный прокурор Андрей Швед заявил, что «это абсолютно коррупционное дело, чистой воды уголовщина». В подобном духе (пусть, мол, вернет наворованное) не раз отзывался о своем несостоявшемся (впрочем, как сказать) сопернике на выборах Александр Лукашенко.

Сколько суждено сидеть Бабарико?

Но в том-то и дело, что в массовом сознании Бабарико запечатлелся именно как тот, кто неожиданно бросил перчатку бессменному президенту. И все последующие злоключения бывшего главы «Белгазпромбанка» (уголовное дело, фактический разгром банка, отказ в регистрации кандидатом в президенты, несмотря на огромное количество собранных подписей) значительная часть белорусов рассматривает как расплату за политическую дерзость.

Чтобы неповадно было лезть поперед батьки

Власти это прекрасно понимают. Проигрывая пиар-войну вокруг персоны Бабарико, они пошли даже на такой некрасивый мелкий фол, как отсечение негосударственных СМИ от зала суда: якобы в связи с антиковидной рассадкой мест не хватает. Государственной прессе, понятное дело, хватает.

По поводу такого дискриминационного подхода к аккредитации СМИ на процесс правозащитники обратились со срочным заявлением в Совет по правам человека ООН. Но этой институции белорусские власти не боятся ни капельки: а что она сделает? Да и самих правозащитников держат в черном теле — вчера вон по всей стране трясли обысками.

И вообще сезон репрессий в разгаре. Суды продолжают штамповать показательно суровые приговоры тем, кто засветился на протестах. Причем по два-три года лишения свободы лепят за такие мелочи, за которые в «довоенное» время дали бы, наверное, штраф или 15 суток. Но сейчас власти исповедуют принцип «на войне как на войне».

Приговор Бабарико, которому светит до 15 лет, тоже наверняка не окажется мягким. Но что бы ни говорило обвинение о коррупции, отмывании денег, общество, похоже, априори настроено воспринять этот приговор именно как политически мотивированный: вот урок, чтобы не совались такие умники поперед батьки.

Как бывший топ-менеджер банка поставил на уши систему

Большому начальству есть за что ненавидеть Бабарико. Не выдвинься он в мае прошлого года, к тому времени, как старая оппозиция в лучших традициях уже успела переругаться на своих праймериз, — кто знает, может, избирательная кампания прошла бы тускло, скучно. То есть так, как и нужно было властям.

Но Бабарико неожиданно зажег энтузиазмом массу людей — от айтишников до пенсионеров, быстро сколотил большую команду, дал толчок феномену, названному подписной революцией.

Власти были вынуждены пойти на грубые меры, чтобы нейтрализовать столь опасного потенциального соперника Лукашенко, тем самым подрывая его легитимность по итогам кампании. Ну какая же это элегантная победа, если впервые в истории президентских выборов в Беларуси главного конкурента вождя сажают за решетку еще до голосования?

Лукашенко де-факто признал политический вес Бабарико, когда в октябре прошлого года устроил нашумевшую встречу с оппонентами в следственном изоляторе КГБ. Ну не ходит вождь режима на встречи с банальными уголовниками.

С этой встречей связан еще один пикантный момент. Лукашенко потом признался, что к ней подтолкнула Москва. Вообще в начале прошлогодней избирательной кампании белорусские начальники прозрачно намекали на то, что за экс-менеджером банка с российским капиталом стоят российские же кукловоды. Но после 9 августа, когда протесты вынудили Лукашенко искать защиты у Кремля, про этих кукловодов белорусские власти и пропаганда молчок.

Кремль же в истории с арестом Бабарико повел себя слишком вяло для того, чтобы многие поверили: да, этот человек — явно его ставленник. Да и атаку на «Белгазпромбанк» Москва съела почти безропотно.

Рейтинг Бабарико остается высоким

В отличие от других фигурантов дела, Бабарико не стал сотрудничать со следствием, отрицает обвинения. Это и понятно. Иное поведение (в том числе участие в имитации общественного диалога, чего Лукашенко, возможно, хотел добиться посещением СИЗО КГБ) перечеркивало бы именно политический имидж Бабарико.

Между тем в народе он по-прежнему популярен. По данным январского соцопроса Chatham House, 28,8% белорусов-горожан считают, что именно Бабарико наиболее достоин стать президентом Беларуси. За Лукашенко при ответе на этот вопрос (речь идет о выборе из предложенного списка политиков) высказалось 27,4%.

Другие оппоненты режима в этом рейтинге намного отстают: даже активный и амбициозный Павел Латушко набрал только 12,1%, Сергей Тихановский — 5,8%, Мария Колесникова — 4,2%, Светлана Тихановская — 4,0%, Валерий Цепкало — 3,7%, Николай Статкевич — 2,1%. Ну, и у бывшего премьера Сергея Румаса, который оказался в опале, но в ряды противников Лукашенко на сегодня не стал, — 4,3%.

Иными словами, при изменении политической ситуации у Бабарико хорошие шансы побороться за президентство (и он от таких амбиций не отказывается). Впрочем, к тому времени соотношение популярностей может сильно измениться, чья-то звезда, вероятно, и вовсе закатится. И напротив, новое время непременно выбросит на гребень волны совершенно новых лидеров, как это было во время советской перестройки.

А пока белорусские власти делают все, чтобы это новое время не наступило. Судимость Бабарико удобна еще и тем, что лишит его права баллотироваться даже после выхода из тюрьмы.

Так, например, Статкевич, некогда считавшийся политзаключенным № 1, был помилован президентским указом еще в августе 2015 года, но его инициативным группам отказали в регистрации как на парламентских выборах 2016-го, так и на президентских 2020 года — из-за непогашенной судимости.

Местные выборы и референдум — новая задачка для Лукашенко

Статкевича же Лукашенко выпустил тогда в рамках тренда на нормализацию отношений с Евросоюзом после аннексии Крыма. Минск ковал железо, пока оно горячо.

Сейчас все достижения той разрядки пущены под откос. Но политологи твердят о нарастающей нужде режима в восстановлении западного вектора. Худо без западных денег, технологий, с провисшей легитимностью, при далеко не безоблачных отношениях с Москвой.

Так что умножая сейчас число политзаключенных, Минск, вероятно, в уме уже просчитывает варианты торга этим товаром с Западом. А пока идет игра на повышение ставок.

Тем временем приближаются местные выборы, которые по предложению Лукашенко могут совместить с референдумом по новой конституции. Вероятнее всего, их проведут в декабре нынешнего года, пока народ не засел отмечать праздники.

И здесь для режима вырисовывается непростая задача. Даже если Бабарико и заводилы протестов будут сидеть, наверняка найдется кому придать драйву выборам в местные советы.

Раньше они мало кого интересовали, теперь же в ходе протестов сформировались крепкие локальные сообщества с горизонтальными связями, опытом самоорганизации, свежими низовыми лидерами. Так что вертикали будет непросто в прежней манере — тихо, практически без конкуренции — протащить в депутаты своих людей.

Да, конечно, можно просто всех давить, бить по головам. Но это будет работать на делегитимацию референдума. К тому же власти будут заинтересованы в высокой явке на него, что станет объективно стимулировать и активность на местных выборах.

Продержится ли режим до 2025 года?

К слову, можно ожидать хитрой игры режима с вопросами референдума, чтобы оппозиции было сложно призывать к его бойкоту. Не исключено, что будет использован прошлогодний опыт российских властей, замысловато упаковавших подобную кампанию. Вполне вероятно, что на плебисцит вынесут вопрос об отмене смертной казни — чтобы смешать карты оппонентам и Западу.

Какую контригру предложат в этой ситуации противники Лукашенко? Пока их планы выглядят размыто и отдают шапкозакидательством.

Например, стратегия победы, которую разработала команда Тихановской (как утверждается, вместе с другими силами, однако при этом Народное антикризисное управление Латушко выдвинуло еще и отдельный «план белорусского освобождения» на весну-2021), предполагает, что уже в мае власти будут вынуждены сесть за стол переговоров. Причем перед этим, как мыслится, освободят политзаключенных.

«Планы красивые, но там не совсем прописано и не совсем понятно, как эти планы реализовать. Там, скорее, декларации и призывы. Есть идея увеличить свои ресурсы и отнять их у режима, но как это сделать — вопрос висит», — отметил в комментарии для Naviny.by эксперт аналитического центра «Стратегия» (Минск) Валерий Карбалевич.

Во всяком случае, вдоволь поевший тюремной каши Бабарико в недавнем интервью Deutsche Welle (да-да, каким-то чудом ответы были даны из СИЗО КГБ) осторожно заявил, что крайняя точка нынешнего состояния Беларуси — 2025 год.

Впрочем, ему наверняка хочется оказаться на воле намного раньше. И, судя по тону интервью, он уповает на то, что многие белорусы тоже хотят более быстрых перемен. И не просто хотят, а готовы действовать.

Новости по теме:
Поделиться:

Популярное:
«Экономическая ситуация ухудшается с каждым месяцем». Эксперты о том, почему в Гомельской области могли возникнуть перебои с поставками хлеба
29644
Киселев и Михалков пригрозили уроженке Светлогорска, актрисе Саше Бортич из-за призывов к протестам
20998
Правительство предложило «Беларусбанку» простить долги пяти агропредприятий
18237
«Распродаем стеллажи, оборудование, кассовые аппараты». В Гомеле после 15 лет работы закрылась торговая сеть «Косметичка»
16509
Светлана Тихановская призвала отправить письма политзаключенным из Жлобина
15627
От жильцов гомельского подъезда требуют убрать со стен надписи — а то коммунальники это сделают сами и за деньги
14056
Scroll Up