Понедельник, 26 июля
  • Погода
  • +30
  • EUR2,5136
  • USD3,9771
  • RUB (100)2,8354

«Я верю, добро должно победить». Две гомельчанки после нескольких задержаний, обыска и суда уехали из Беларуси. Почитайте, что им пришлось пережить за последние месяцы

Наталья Глазкова и Оксана Лиходеевская участвовали в мирных акциях протеста, побывали в ИВС, прошли через суды и обыски. Один из случаев — суд за игрушку «Белорусский Ждун», похожую на Лукашенко, тогда Наталье дали большой штраф. «Если бы была без детей, я бы осталась в стране и боролась до конца. Но задержание и ИВС влияют на психику детей», — говорит женщина. Наталья и Оксана выехали из Беларуси, но они верят, что «неизбежно наступят перемены к лучшему». Перед отъездом они успели записать интервью для «Сильных Новостей».

«Я верю, добро должно победить». Две гомельчанки после нескольких задержаний, обыска и суда уехали из Беларуси. Почитайте, что им пришлось пережить за последние месяцы

«Нас, белорусских женщин, не сломать, особенно — многодетных…»

Наталья Глазкова — мать пятерых детей.

— Я выросла в семье милиционера. Я с детства помню, как отец возмущался пропажей людей. Я на этом выросла. Но также помню слова отца: «Что я могу сделать один?» — говорит Наталья. — Я росла и искала правду. Пошла в церковь. Но когда украли мой голос на последних выборах, я поняла — что-то надо делать. Я стала публично демонстрировать свое несогласие с происходящим.

27 сентября я была под цирком. Я стояла в первом ряду с Конституцией Беларуси в руках и спрашивала: «Почему она не работает?» Омоновец вырвал ее из рук со словами: «Не машите, ни к чему она здесь» — и бросил ее на землю. Я подобрала Конституцию снова.

Меня повалили, один подбежал с дубинкой. Я закрыла руками голову. Помню только, что надо мной, как черное облако, стояли шесть человек в темной униформе. Потом меня подняли и повели в автозак. Седовласый мужчина из толпы крикнул: «Отпустите женщину, возьмите меня». Удивительно, но меня отпустили, но и его — не забрали.

Правда, после этого меня еще не судили. Сначала вызвали на разговор, пытались поменять мои политические взгляды.

В Гомеле многодетную мать, которую в свое время поздравил Лукашенко, усиленно поверяют соцслужбы. Причиной стала ее активная гражданская позиция?

Также, по словам Натальи, на нее начали оказывать давление как на многодетную мать. Ранее к ней никаких замечаний не было. Когда-то она даже получила поздравление с Днем матери с подписью Лукашенко. Но после ее участия в гражданских протестах к ней домой зачастили проверяющие. Женщина считает, что ее семью хотели безосновательно поставить на учет по пресловутому СОП.

— Я понимала, что люди, которые интересуются политикой, все знают. Но многие продолжают сидеть дома и не знают ничего. Тогда мы с ребятами создали в нашем районе группу, чтобы информировать и обращать внимание остальных. Вешали бело-красно-белые флаги и ленточки, — рассказывает Наталья. — Еще мы сделали флэшмоб с корабликами и веточками, сняли его на видео. Тогда меня вызвали на еще один разговор. Но я с детства получила в семье хорошую закалку, и на меня так просто не надавишь.

Один раз пили кофе в кафе и сделали фото у райисполкома. Предполагаю, что уже в кафе за нами вели наблюдение. На следующий день пришли ко мне домой трое и сказали, что я должна с ними проехать. В РОВД опросили и отправили в ИВС на трое суток. Потом опять отвезли в РОВД — составили еще один протокол, снова вернули в ИВС до суда. Статья 23.34 КоАП. После выходных был суд, и судья Козлов спросил: «Поменяли ли вы свою точку зрения?» Я ответила: «Я ничего неправомерного не делала, фотографироваться у нас не запрещено. Флаг БЧБ — тоже не под запретом». Мне дали 25 базовых величин штрафа.

«Провела пикет без разрешения горисполкома». В Гомеле многодетную мать наказали крупным штрафом за самодельную куклу, похожую на Лукашенко
Я понимала, что надо выплачивать штраф, поэтому изготовила мягкую игрушку «Белорусский Ждун». Но сама не ожидала, что она будет похожа на президента. Рассчитывала продать и саму игрушку, и фото с ней — на погашение того же штрафа. У меня маленькие дети, и лишних денег нет. С Оксаной Лиходиевской мы отправились на фотосессию. Наша игрушка была в черном пакете, мы доставали ее для фото только на несколько секунд. Когда уже уходили, появилось две машины и сотрудники. Они сами сказали, что следили за нами с самого начала. Потом говорили, что едва не потеряли нас из вида, когда мы на светофоре проехали вперед на «желтый». Нас привезли в отдел милиции, мы просили отпустить нас, потому что ничего неправомерного не делали. Но зашел начальник и сказал: «Этих по полной». И на нас сразу составили протоколы и отправили в ИВС.

«Я верю, добро должно победить». Две гомельчанки после нескольких задержаний, обыска и суда уехали из Беларуси. Почитайте, что им пришлось пережить за последние месяцы

В ИВС спросили, есть ли у меня клаустрофобия. Я ответила, что есть. Видимо, поэтому меня специально поместили в самую маленькую камеру. Вечером следующего дня нас повезли на суд. Оксану оштрафовали на 25 базовых, а меня не успели и отправили домой.

Мы подавали жалобы. Но после истории со «Ждуном» я стала обращать внимание на незнакомых людей, которые дежурили под подъездом и даже сопровождали меня в магазин. Потом нас вызвал на разговор один из милиционеров и сказал, что мне надо скрыться на время, потому что на меня может быть заведено уголовное дело — за пост в социальных сетях.

Две недели я просто скрывалась. Но соседи говорили, что милиция постоянно приходила. Дети были со мной все это время в маленькой однокомнатной квартире с ограниченным количеством спальных мест. Потом я поехала в Гродно в консульство на поезде, но, видимо, было глупо покупать билет по электронному бронированию. По возвращению меня встретили сотрудники милиции прямо на вокзале. Когда меня задерживали, зазвонил мой телефон. Я только успела предупредить маму, что меня задерживают, как у меня из рук сразу вырвали телефон. Кроме телефона, у меня изъяли 250 рублей и флаг. Я просила деньги не забирать, ведь мне надо кормить детей. Мне сказали, что я радикализировалась, и пригрозили, что заставят раздеться и приседать. Если не стану, то применят статью за неповиновение. Слава богу, до этого дело не дошло.

Из РОВД поехали с обыском на квартиру, была санкция прокурора. Пригласили двух понятых. Изъяли нерабочий телефон и ноутбук. Обыскали и коморку в трубопроводе.

Потом в Новобелице на каждом столбу вывесили листовки с моей фотографией, адресом, телефоном и клеветническими сведениями. По этому факту я подала заявление, но мне пришел ответ: «Паспортные данные не выкладывались».

Я решила покинуть страну, потому что я знаю — меня не оставят в покое. Будут преследовать показательно, чтобы остальные боялись. «Смотрите детей, делайте котлеты» — только этим они меня призывали заниматься во время «профилактических бесед».

Но я не жалею, что стала бороться. Если бы была без детей, я бы осталась в стране и боролась до конца. Но задержание и ИВС влияют на психику детей. И после этого они мне говорят: «Ты не думаешь о детях…» Но я как раз таки думаю! Я хочу, чтобы они жили в свободной стране.

Когда я стану бабушкой, я открою альбом — и внуки будут гордиться своей бабушкой. За границей я также буду помогать белорусам. Нас, белорусских женщин, не сломать, особенно многодетных. У нас закалка очень крепкая.

Почему начались такие массовые протесты? Во-первых, люди устали. Во-вторых, меняется сознание у наших граждан. Они путешествуют, видят другую жизнь. Мы же не животные, мы стремимся к лучшему и к свободе. В-третьих, сыграли свою роль и современные технологии, сделавшие информацию доступной для большинства. Большую роль в протестах сыграли социальные причины. У нас несоизмеримые зарплаты и цены. Ты постоянно сидишь и думаешь: чем детей накормить, за что купить сандалики?

Мы, белорусы, — народ очень терпеливый. Мы бы были готовы и одной картошкой питаться. Но важен и моральный фактор, вопрос уважения человеческого достоинства. А у нас в какую бы инстанцию ты не пошел, тебя унизят. Ты — никто для чиновников. Когда я удочеряла ребенка, прошла через сплошные унижения.

Когда ситуация разрешится, я не знаю, но я верю — добро должно победить. История показывает, что свобода восторжествует рано или поздно.

В начале прошлого года тяжкое происшествие произошло со старшим сыном Натальи. Молодой человек ехал на мотоцикле со своей девушкой и столкнулся с автомобилем, его спутница получила серьезные повреждения. По словам женщины, ее сын правил дорожного движения не нарушал. За рулем автомобиля, с которым произошло столкновение, находился сотрудник одного из силовых ведомств. Сын Натальи сам в это время служил в пограничных войсках по контракту, но суд приговорил его к трем годам «домашней химии». Впоследствии молодой человек был амнистирован. Происшествие тяжело подействовало на его мать.

— Он был военный до мозга костей, с детства мечтал об этом призвании, — говорит Наталья. — По службе — одни благодарности. А ему взяли и сломали жизнь.

«При демократии и грамотном управлении мы сможем жить лучше…»

Оксана Лиходевская — мать двух несовершеннолетних детей. Женщина также принимала участие в мирных протестах, была задержана, предстала перед административным судом. Дома у нее прошел обыск.

— Я работала в частной компании. На работе в принципе все знали про мое участие в протестах. И может быть, даже сочувствовали. Но после того, как меня задержали — предложили уволиться. Дома у меня прошел обыск, изъяли техники на несколько тысяч долларов, — рассказывает Оксана Лиходеевская.

«Я не преступница!» В Гомеле задержали мать двоих детей за то, что она сфотографировала людей с БЧБ-флагами
Почему я стала участвовать в протестах? Я обеспеченный человек, у меня хорошая квартира, машина, но я против того, что происходит в нашей стране. Я устала от выборов без выборов. Я против, потому что нам нужен не царь, а слуга народа. Я против, потому что устала от оскорблений и брани со стороны высшей власти. Я против, потому что в моем районе закрылись все предприятия за последние 25 лет, а те, что не закрылись, едва выживают. Я против, потому что знаю — при демократии и грамотном управлении мы сможем жить намного лучше.

Хочу сказать, что ранее я много лет проработала в военкомате и хорошо знаю психологию силовиков. Это люди приказа. Но в последнее время даже среди них начинает появляться все больше сомнений.

Конечно, никому не пожелаю вот так, бросать все и второпях уезжать за границу. Но я уверена, что скоро неизбежно наступят перемены к лучшему.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Новости по теме:
Персоналии:
Наталья ГлазковаОксана Лиходеевская
Места:
Гомель
Поделиться:


Популярное:
«Три дня — и в реанимацию». В Гомеле обнаружили индийский штамм коронавируса
19326
В Гомеле девушка на Porsche решила проскочить на «красный», и вот что из этого вышло — видео аварии
9545
Аномальной жары не предвидится, и всё же по-прежнему лето. Какая погода нас ждет на следующей неделе?
8989
Пока у нас жара: в Африке выпал снег
6723
На концерте Коржа в Одессе зрители скандировали «Жыве Беларусь!», после чего артист произнес речь. Вот что он сказал
6373
Беларусь на первом месте в Европе по количеству заключенных на 100 тысяч человек
4793

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: