Среда, 20 января
  • Погода
  • -12
  • EUR3,0869
  • USD2,5509
  • RUB (100)3,4592

К годовщине освобождения Гомеля. Как украинско-белорусское партизанское соединение воевало в лесах Гомельщины задолго до прихода Красной армии

 

 

26 ноября 1943 года Красная Армия освободила Гомель. Кроме регулярных частей, борьбу с немцами своими методами вели и партизанские формирования.

К годовщине освобождения Гомеля. Как украинско-белорусское партизанское соединение воевало в лесах Гомельщины задолго до прихода Красной армии

Белорусский рейд

Сегодня многое подвергается сомнению и критике. Прежних кумиров стараются развенчать, иногда — справедливо, иногда — в погоне за конъюктурой. С одной стороны, открываются архивы и новые факты. С другой, немало фабрикуется и откровенных выдумок, и досужих обывательских слухов. Тема Великой Отечественной войны, в которой наш народ понес столь огромные жертвы, долгое время оставалась вне ревизии. Но сейчас и здесь не все просто…

Время от времени можно услышать и такое: «Партизаны? А, это те, кто приходил за салом и картошкой ночью, когда немцы уходили…» В то же время многие мемуары партизанских командиров, книги и фильмы о народных мстителях сделаны зачастую слишком официально.

В 1948 году была издана книга, которая поражает своей откровенностью и реалистичностью. Она называется «Люди с чистой совестью», ее автор — украинец Петр Вершигора. До войны он был актером и режиссером на Киевской киностудии. С 1941 года — в армии. В день, когда Вершигора принял свой первый бой, в Киеве у него родился сын. Переправу через Днепр его взвод прикрывал в районе могилы Тараса Шевченко. С августа 1942 года — заместитель командира по разведке партизанского соединения Сидора Ковпака.

Осенью 1942 года это соединение двинулось в рейд с Украины на Беларусь. Тут-то новоиспеченный партизан Вершигора и понял, в чем отличие войны за линией фронта от армейских боевых будней. В глубоком тылу у врага дисциплина носила весьма своеобразный характер. По его первому впечатлению, лагерь партизан напоминал Запорожскую Сечь.

Так, во время марша колонна партизан захватила немецкий обоз со спиртом. Когда комиссар соединения Семен Руднев прибыл к месту, многие партизаны уже были пьяны. Комиссар пригрозил расстрелять командира передовой заставы, допустившего коллективную попойку. Вершигора описывает это так: «Через минуту лес снова огласился хором голосов, свистом. Заиграла гармошка, люди седлали лошадей, рыскали по лесу, размахивали нагайками, некоторые сцеплялись в драке». Из-за этого печального инцидента пришлось менять всю тактику рейда, начатого по приказу самого Сталина. Вместо скрытого продвижения Ковпак с Рудневым решили двигаться вперед стремительно, с боем.

Но бывало и похуже. В самом начале формирования отряда Ковпака к нему присоединилась группа красноармейцев под командой сержанта Карпенко, разведчика-десантника из знаменитой бригады Родимцева. Воевали они храбро, но и держались особняком. Бывший военный Руднев решил навести в отряде порядок, в том числе и нормировать рацион. Например, варенья стали выдавать кружку на двоих на день. Некоторых «карпенковцев» это возмутило — мол, меня завтра убьют, так хоть сейчас поем сладкого «от пуза». А сам их командир мрачно обронил: «Этого комиссарчика я сам ухлопаю». Когда Ковпаку доложили об этом, он схватился за автомат: «Це шо, восемнадцатый год? Партизанщина, туды его…» Но Руднев без оружия сам явился в землянку любителей варенья и сказал: «Стреляйте!» Карпенко опешил, потом стал оправдываться тем, что он «нервный» и год работал в заключении на канале. И тут комиссар неожиданно заявил, что он сидел больше — его арестовали в 1937 прямо в армии, под следствием пробыл год и восемь месяцев. Когда занервничавшие командиры Ковпака пришли в землянку, то застали идиллическую картинку мирной беседы бывших «зека». Отметим, книга вышла в 1948 году. Возможно, ее поразительная правдивость связана с первой эйфорией после Победы?

 С. Ковпак - крайний справа

Что касается поддержания порядка в партизанском отряде, то Вершигора писал: «Это была вольница, порожденная опасностями и рискованными делами войны; здесь все понятия дисциплины, морали нужно решать по-другому, чем в армии или на гражданской работе». Поэтому так велика была в партизанских отрядах роль авторитетного командира, сочетавшего в себе многие черты патриархального батьки-атамана. От личности командира во многом зависел и боевые успехи отряда, и отношение его партизан с местными жителями.

Чарка и немцы

В начале ноября 1942 года соединение Ковпака вброд форсировало Днепр у Лоева. Это был старинный шлях, по которому еще в XVII веке ходили полки украинских казаков. Лоев удалось захватить силами одной разведки, быстро перебив весь полицейский гарнизон. Из Мозыря и Речицы подошла немецкая пехота с бронетранспортерами, но вместе с соединением Сабурова ковпаковцы разбили противника.

В Лоеве партизаны отметили и 7 ноября. При этом Ковпак, большой любитель танцев, плясал гопака. Ему было уже 60 лет, и в походе ему было тяжелей, чем молодым. У Ковпака выпали почти все зубы. И партизанская повариха готовила ему только мозги, на которые «Дед», как звали его за глаза, уже не мог смотреть. В строю же партизаны величали Ковпака специальным титулом «Товарищ командир Герой Советского Союза». Но случались и более демократичные обращения. Так, в бою у деревни Бухча партизаны несли тяжелые потери и Ковпак лично повел цепь в атаку. Тогда комроты Карпенко оттянул его за ворот: «Куда ты лезешь, старый хрен? И без тебя воевать есть кому».

Вскоре соединение форсировало Припять и вышло на оперативный простор. К партизанам стали присоединяться мозыряне и другие местные жители, и оно стало уже украинско-белорусским соединением. Наравне с мужчинами воевали и девушки. В бою за станцию Демихи погибла автоматчица Аня. У партизанки Нины Созиной нацисты сожгли живьем отца. Ей не давали автомат и она буквально выплакала себе боевое оружие. Глаза первого убитого немца будут сниться ей две недели. Но на войне надо убивать…

27 ноября партизаны берут штурмом Лельчицы, которые были центром «гебитскомиссариата». Как пишет Вершигора, фашисты из Лельчиц «опутали своими щупальцами большой район, населенный полешуками». Районный центр был окружен партизанами. Упорный бой разгорелся вокруг кубического основания памятника Ленину, который оккупанты превратили в ДОТ. Наконец, огневую точку подавили. В те же дни начиналось окружение группировки Паулюса под Сталинградом. У войны начался обратны отсчет.

Взятие Лельчиц позволило создать огромный партизанский край, превосходивший по площади Брянские леса. По словам Вершигоры, это решило судьбу партизанского движения в Украине и Беларуси на год вперед. Лельчицкий гебитскомиссар и начальник жандармерии предстал перед немецким судом за сдачу стратегически важного пункта.

Наступающий Новый год партизаны решили встретить досрочно, 30 декабря в селе под Туровом. Но едва Ковпак поднял чарку, как загремели выстрелы. «Дед» все же выпил, крякнул и сказал:

— Пишлы калядников калачами угощать!

«Угощение» удалось на славу. В скоротечном бою был наголову разбит и рассеян по лесу немецкий батальон, неожиданно для себя наткнувшийся на крупные силы «большевиков». Читая захваченный немецкий приказ «прочесать лес», партизаны громко хохотали: «Вот так прочесали лес фрицы!»

Но вопрос о встрече Нового Года по-прежнему стоял остро. К тому же у партизан кончалась соль, табак и прочие припасы. Командование соединения запланировало в ночь на 1 января 1943 года ворваться в Туров и захватить все необходимое. А заодно и отпраздновать. Однако один из партизан предупредил врага. Это сделал 15-летний разведчик Семенистый, которого в отряде все звали «Михаил Кузьмич». Ворвавшись первым в деревню Ольшаны, он с телефона в доме старосты позвонил в полицию Давыд-городка и бахвалясь, от имени Ковпака пообещал вскоре прибыть в гости. За этим занятием его и застал Петр Вершигора. Ковпак, узнав об этой мальчишеской выходке, рассвирепел. Вершигора пишет: «Действительно, этот разговор сорвал все планы командира. А, видимо, Ковпаку сильно хотелось выпить новогоднюю чарку из погребов Давыд-городка… Новогоднюю ночь мы провели на марше».

А зря. Только потом партизаны узнали — немцы так испугались звонка пацаненка, что отвели свои силы в Давыд-городке на другой берег Горыни.

Закон и партизанская правда

Вообще, снабжение было непростым вопросом для самих партизан, и особенно болезненным для населения. Ведь все, что необходимо для жизни, народным мстителям приходилось добывать самим. По словам Вершигоры, продукты крестьяне давали еще охотно. Тем более, что партизаны щедро делились с населением провиантом, захваченным на немецких складах. Но с одеждой и обувью были проблемы… «А вот сапоги…это уже дело похуже», — пишет Вершигора. «Взятые у дядьки сапоги отворачивали население от нас, оно начинало смотреть на партизан, как на грабителей». Поэтому осенью 1942 года на Гомельщине партизаны решили переходить на трофейное обмундирование. Боец Колька Мудрый сформулировал это так:

— Переходим на иждивение Адольфа Гитлера.

Раньше бойцы несколько брезговали немецкой униформой, а теперь стали массово носить френчи и брюки вермахта. Это хорошо видно на замечательной коллекции фото, которые сделал бывший киевский кинорежиссер. Но иногда это приводило к казусам. Когда лейтенант-окруженец Горкунов наткнулся на партизан, он принял их за полицейских. И на допросе рассказал заготовленную загодя легенду, как он «ненавидит Советы». Когда же лейтенант разглядел красные звезды и «дал обратку», было уже поздно. В это время партизан неожиданно атаковали немцы. О «пленном» забыли. Тогда Горкунов вышел на улицу, за порцию табака выпросил трофейную винтовку и 5 патронов (о, партизанская дисциплина!) и пошел в цепь. Стрелял метко. И после боя вместо расстрела был принят в отряд.

Немцев же в плен старались не брать, чтобы не отягощать себя лишней обузой. Тех же изменников из своих, кто запятнал себя насилием над мирными жителями, также ждала пуля или петля. Но бывали и другие случаи. Один раз разведчики буквально выкрали с вечеринки в Житковичах двух казачьих офицеров, служивших у врага. На допросе выяснилось — оба бывшие лейтенанты Красной Армии, нечеловеческими условиями содержания в концлагере вынужденные к переходу на сторону противника. Но поразило другое — оба сохранили комсомольские билеты, «на память о своей молодости». Тогда старые партизаны предложили им суд на выбор — «по закону или по правде». Лейтенанты выбрали «правду». Обоих перебежчиков выпороли плетью (практиковалось в партизанах и такое наказание), и приняли на службу. Один из них, Курсик, был награжден орденом Красного Знамени и погиб при освобождении Бреста. Другой, Дяченко, был ранен и эвакуирован на Большую землю.

Феодалы — старинные фашисты

В январе 1943 года соединение вышло к Князь-озеру. На его замерзшем льду решено было оборудовать аэродром для связи с советским тылом. У партизан за время боев накопилось много тяжелораненых, и их надо было эвакуировать. Вершигоре в разметке ледовых посадочных полос помогал советский летчик, сбитый еще в 1941 году под Гомелем. Но командование транспортной авиации на лед садиться отказалось. Тогда Ковпак пошел на присущую украинскому крестьянину хитрость — в Москву радировали, что устроили аэродром на грунте.

Жгли костры и в ожидании самолетов травили байки. Один из местных партизан рассказал легенду о происхождении названия Князь-озеро — о белорусских «Ромео и Джульете». Молодой князь влюбился в дочку корчмаря еврейскую красавицу Сарру. Но из-за жестокого упрямства старого князя, не давшего благословения на брак, влюбленные погибли в волнах озера.

— Во сплотатор-феодал, — вырвалось у одного из партизан в адрес несговорчивого князя. Его молодой товарищ не понял, кто такой «феодал».

— Феодалы — это старинные фашисты, — пояснили малограмотному. Наконец, прилетел первый самолет. Его пилот был уверен, что садился на грунтовую полосу. Пока Ковпак лично на разгреб валенком снег и не показал лед. Пилота угостили «первачем» и с тех пор ледово-воздушный мост с Большой землей был налажен.

На привале

А задыхающаяся подо льдом рыба шла валом к прорубленным специально прорубям. Партизаны черпали ее вилами и начальник снабжения Павловский заготавливал рыбный запас санями. Но вообще Павловский отличался крайней скупостью. Особенно на спирт. Во время одного из многочисленных форсирований Припяти переходить ее пришлось по слабому льду. Некоторые бойцы проваливались в ледяную воду и Ковпак распорядился давать им по двести грамм «для сугрева». Тогда некоторые стали специально проваливаться в лед по второму разу — чтобы добрать норму.

Но конечно, партизанская жизнь идиллией не была. Основное время проходило в изнурительных переходах в лютый мороз и жару, в боях и прорывах из окружения, в диверсиях и разведках. Враг был кругом, опасность грозила не только тебе — фашисты могли расправиться и с твоими близкими.

Разведчики несли боевую службу всегда, даже когда основные силы стояли на отдыхе. Ведавший разведкой Вершигора создал в гомельском Полесье разветвленную сеть. Бывший учитель семилетки из Речицы Кашицкий поставил агентуру в Житковичах, Турове и Мозыре. Бывший наставник и его люди в совершенстве овладели и техникой закладки магнитных мин. Одна из них, например, взорвалась под кроватью у мозырского гебитс-комиссара.

А когда такой «сюрприз» сработал в доме у начальника «трудового бюро» в Житковичах, ведавшего угоном людей в Германию, по городу прошел слух — это «Советы» научились сбрасывать со своих самолетов бомбы точно в хаты изменников.

Немцы готовили крупную операцию по окружению партизан у Князь-озера, но соединение белорусско-украинских партизан в очередной раз ускользнуло от них. В феврале 1943 года Ковпак двинулся к Пинску, а оттуда вновь прорвался в Украину.

К лету 1943 года партизанское соединение еще раз вернется на белорусское Полесье. В числи прочего, на Припяти будет разгромлена мозырская флотилия немцев, при этом некоторые суда партизаны будут брать буквально на абордаж. Это облегчит скорое форсирование Днепра Красной Армией и освобождение Гомеля и Речицы.

Расстрел полицая

Петр Вершигора закончит войну в звании генерал-майора и Героем Советского Союза. В 1954 году он выступит с критикой искажения фактов в «Истории Украинской ССР». Но редакторы журнала «Октябрь», опубликовавшего эту статью, будут уволены. В 1951 году книга Вершигоры «Люди с чистой совестью» будет переиздана, только в новой, выхолощенной редакции.

Но мы сегодня можем точно сказать — настоящие партизаны это, несомненно, живые люди, со всеми их достоинствами и недостатками. Война — тяжелое и страшное дело. Тем более, если враг окружает тебя со всех сторон и требуется особое мужество и вера, чтобы не сломиться, выстоять и победить.

Новости по теме:
Места:
Гомель
Поделиться:

Популярное:
«После этого вы не можете называться белорусами». Дмитрий Басков прокомментировал отмену ЧМ-2021 в Минске
27912
В Гомельском районе таксист разбудил уснувшего пассажира. Продолжение оказалось неожиданным
18429
В Кремле отреагировали на лишение Беларуси права принимать матчи ЧМ-2021
11354
Как в старину в Гомеле Крещение отмечали: мистика воды
10664
«У нас даже пастила в политике, если она бело-красно-белого цвета». Левченко о репрессиях в Беларуси и спорте вне политики
9091
На Гомельщине появится первый полноценный зоопарк
8608
Scroll Up