Четверг, 26 ноября
  • Погода
  • +6
  • EUR3,0295
  • USD2,5548
  • RUB (100)3,3685

Хватит ли у Лукашенко ресурсов, чтобы создать военную диктатуру?

Лукашенко всегда придавал особое значение военным и спецслужбистам. Но влиятельности силовиков авторитарии боятся не меньше, чем протестующих на улицах, пишут Naviny.by.

Общее число задержанных на мирных акциях протеста в Беларуси за три месяца перешагнуло планку в 17 тысяч и продолжает расти. Масштаб репрессий беспрецедентный — не только для Беларуси, но и для всей Европы за много десятилетий.

Эксперты начинают поговаривать о превращении вялой, болотной диктатуры в военную. Но насколько это возможно в XXI веке на границе с Евросоюзом, а тем более — именно в Минске?

Ведь военная диктатура — это не просто репрессии против активистов и большое количество солдат, но политическое влияние силовиков и постоянное применение насилия как инструмента управления.

 

Ставка на управленцев в погонах

Кадровая политика государства уже целый год как демонстрирует опору Александра Лукашенко на выходцев из силовых ведомств при назначении высших руководящих кадров. Так, в декабре 2019 года главой Администрации президента стал генерал-майор КГБ Игорь Сергеенко. До этого президентскую администрацию более десяти лет возглавляли гражданские.

В июне 2020 года силовики заняли и другие топовые позиции в белорусском госуправлении. Выходец из силового блока Роман Головченко стал премьер-министром вместо экономиста Сергея Румаса, а еще один генерал-майор КГБ, Иван Тертель, возглавил Комитет госконтроля, сменив на этом посту промышленника Леонида Анфимова.

В конце октября помощниками Лукашенко по регионам, особо активным в протестах, стали также бывшие силовики — экс-глава КГБ и Совбеза Валерий Вакульчик (Брестская область), бывший глава МВД Юрий Караев (Гродненская область) и его бывший заместитель Александр Барсуков (Минск). Лукашенко подчеркивает, что неспроста назначает именно силовиков: «Почему вы? Вы люди военные, осведомленные, вас не надо вводить в курс дела и учить».

Однако сложно поверить, что люди в погонах — единственные компетентные и осведомленные специалисты в Беларуси. Скорее, ими просто удобнее командовать, военные привыкли подчиняться приказам.

Конечно, обратная сторона этого — нехватка инициативы, самостоятельности в решениях, компетентности в экономических вопросах и навыков гражданского менеджмента. Однако назначения Лукашенко демонстрируют, что сегодня в белорусской государственной системе востребованы иные компетенции.

Да и в целом влияние силовиков в Беларуси растет с каждым месяцем. Главным для Лукашенко становится вопрос физического контроля за происходящим на улицах, и в такой ситуации аппаратный вес неизбежно приобретают люди в погонах. На второй план уходят материальные затраты и косвенные издержки, далеко идущие последствия.

Например, регулярное отключение интернета и вторжение силовиков с оружием на территорию Парка высоких технологий очевидным образом вредит имиджу Беларуси как страны с хорошими условиями для ИТ-бизнеса. Но пока стоит задача подавить протесты, такими мелочами можно пренебречь.

Наконец, действующие на улицах силовики в прямом смысле становятся выше закона. Они не только с немотивированной жестокостью задерживают демонстрантов, но и громят витрины кафе, попавшие под руку автомобили, избивают случайных людей. У арестованных пропадают материальные ценности — от наличных денег до дорогой техники.

Ощущение вседозволенности пьянит, а анонимность защищает, и силовики несомненно чувствуют себя королями.

 

Подбор по принципу личной преданности

Само по себе возвышение выходцев из силовых структур в Беларуси не является чем-то принципиально новым. Лукашенко всегда придавал особое значение военным и спецслужбистам. Это характерная черта всех диктаторов, у которых есть причины особо заботиться о безопасности.

Юрий Захаренко, первый глава МВД, назначенный Лукашенко, так описывал его подход к силовым структурам: «Президент говорит: «Ты должен выполнять любой мой указ». Я ему говорю: «Александр Григорьевич, людей расстреливать не буду, Конституцию нарушать не буду» — «Если ты не выполнишь любого моего указа, тебе наденут наручники»».

Таким образом, еще в начале своего правления Лукашенко испытывал потребность опираться на силовиков, которые будут нарушать закон по его указанию.

По воспоминаниям Захаренко, при том разговоре присутствовал Виктор Шейман. Позже Захаренко станет одним из исчезнувших оппонентов Лукашенко, а Шейман — одним из самых приближенных к Лукашенко людей. Ветеран Афганистана, бывший офицер-десантник, за последние 26 лет Шейман руководил многими силовыми структурами Беларуси: был госсекретарем Совбеза, и.о. главы МВД, генпрокурором, членом коллегии Минобороны. Ему же Лукашенко доверял высокие гражданские посты (главы Администрации президента), щепетильные миссии (руководителя своего предвыборного штаба в 2006 году). Шейман до сих пор возглавляет Управление делами президента.

Судя по всему, опора в государственных делах на лично преданных силовиков — общий подход Лукашенко к политике, с которым он пришел во власть в 1990-е. Просто в последнее время ситуация развивается таким образом, что других опор Лукашенко лишается и силовиков требуется все больше.

 

Пускать силовиков в политику опасно

Почему же с таким подходом Лукашенко не построил военную диктатуру до сих пор? Тем более что щеголять на парадах в мундире главнокомандующего он любит.

Лукашенко крайне не заинтересован в системном усилении влияния любой группы внутри госаппарата, тем более — во главе с активными лидерами. Он ревностно следит за тем, чтобы единственным публичным политиком в Беларуси оставался он сам, чтобы не было никаких иных центров влияния — даже вполне лояльных ему. Поэтому много лет в Беларуси не только зачищают и обезглавливают оппозицию, но и не дают стать политической партией организации номенклатурщиков «Белая Русь».

Все диктаторы обращают пристальное внимание на силовые структуры, опасаясь заговоров — реальных или мнимых. Классическая схема — поддержание конкуренции разных силовых ведомств друг с другом, а также создание дублирующих структур в силовом блоке. Все это сполна реализовано в Беларуси.

Характерно, что в прошлом году в отставку с поста главы МВД отправился даже Игорь Шуневич, несмотря на его демонстративную лояльность. Шуневич был чрезмерно активен в публичной сфере, регулярно громко высказывал свою радикальную позицию по вопросам, прямо не относившимся к его служебным обязанностям, позволял себе публично перечить другим топ-чиновникам. Все это выдавало в нем политические амбиции.

И хотя Лукашенко, судя по всему, разделял взгляды Шуневича, но в итоге отстранил его от важной работы.

Даже в разгар протестов Лукашенко не побоялся менять коней на переправе и снял руководителей силовиков Караева, Вакульчика, Барсукова, отправив их в регионы. Одной из причин такого решения могло быть желание продемонстрировать актуальность сталинского подхода «незаменимых у нас нет».

Влиятельности силовиков Лукашенко опасается не меньше, чем протестующих на улицах.

 

Люди в погонах сами себя не прокормят

Наконец, военная диктатура — это просто очень дорого. Силовики могут быстро расходовать ресурсы, но не умеют эффективно их создавать. Помимо того что велики траты на импортные светошумовые гранаты, водометы и высокие зарплаты ОМОНа, происходящее сегодня в Беларуси несет множество косвенных затрат для экономики.

Разрушается бизнес-климат, наносится непоправимый урон человеческому капиталу. Это и релокации тысяч айтишников во все соседние страны, и массовые увольнения «политически неблагонадежных» специалистов из бюджетной системы. Хотя работать в белорусской школе или университете — это не вакансия мечты, а тяжелый труд за очень скромные деньги.

Очередь квалифицированных специалистов не стоит перед отделами кадров, и при таком темпе репрессий государство скоро просто не сможет заполнять вакансии в той же системе образования.

Тысячи суток, проведенных в изоляторах, — это время, когда задержанные и арестованные не вносят никакого вклада в ВВП. А когда выходят на свободу — читают в телеграм-каналах инструкции, как минимизировать экономическую поддержку государства.

Военные диктатуры могут относительно стабильно существовать в ресурсных странах, когда есть постоянный приток денег от полезных ископаемых. Но у нас одним «Беларуськалием» экономику не вытащить, а российская нефть дает все меньше дохода.

Так что военной диктатуры в Беларуси не будет — на это у Лукашенко нет пороху. Хотя силовики получают карт-бланш на репрессии, а выходцы из силового блока занимают высокие посты в госуправлении, политического влияния — тем более решающего — они в Беларуси не получат.

Новости по теме:
Персоналии:
Александр БарсуковВалерий ВакульчикИван ТертельИгорь СергеенкоЮрий Захаренко
Места:
Минск
Поделиться:

Популярное:
12519
10415
10249
9414
8596
8042
Scroll Up