Понедельник, 18 января
  • Погода
  • -18
  • EUR3,0813
  • USD2,5428
  • RUB (100)3,4635

Исчезнувший Гомель: куда пропали маятник Фуко, звездное небо планетария, грот «Лунный камень» и буйные танцы в «Клетке»

Продолжаем рассказывать о легендарных местах нашего города в рамках проекта «Гомель, которого больше нет».

Исчезнувший Гомель: куда пропали маятник Фуко, звездное небо планетария, грот «Лунный камень» и буйные танцы в «Клетке»

Умберто Эко против плоскоземельцев

В советское время едва ли не каждый маленький гомельчанин бывал в планетарии. Сюда нас водили целыми классами, начиная с младшей школы. Планетарий работал в здании бывшего собора Петра и Павла. И надо сказать, что его посещение даже тогда напоминало некую тайную мистерию. Нас, детишек, рассаживали в специальном зале. Постепенно гас свет, и на черном небосклоне начинали зажигаться звезды. Звучала приглушенная музыка, а затем голос лектора из темноты начинал рассказ о небесных светилах, которые загадочно горели и вращались у нас прямо над головой. Юпитер, Марс, Венера светились и переливались различными оттенками и манили детвору к себе. Так мы узнавали о строении и бесконечности Вселенной. Возможно, немало первоклашек, глазевших здесь на планеты, решали стать космонавтами или учеными. Астронавтом из моих знакомых ни стал никто, а вот летчиками, гражданскими и военными — сразу несколько человек.

«Звездное небо» было устроено под куполом бывшего собора. Его изображали с помощью специального прибора подсветки с разными линзами, внешне напоминавшего морскую мину. На первом этаже проводились выставки.

А еще тут был маятник Фуко. Круглый металлический шар безостановочно раскачивался из стороны в сторону, демонстрируя непобедимую силу инерции и доказывая суточное вращение Земли. Как это происходило? При каждом движении маятника его траектория смещалась на несколько миллиметров, и за 32 часа плоскость качания маятника совершала полный оборот по кругу.
Глядеть на движение маятника можно было бесконечно. Но главное — благодаря изобретению французского астронома XIX века Мишеля Фуко среди нас ни один человек не верил, что Земля — плоская.

До этого тут размещался собор Петра и Павла, построенный при графе Николае Румянцеве. В 1920-х годах собор был закрыт, однако кладбище вокруг него сохранилось. По основной версии, именно на нем с правой стороны от собора в 1925 году была захоронена княгиня Ирина Паскевич. После оккупации немцами Гомеля в 1941 году в соборе были возобновлены богослужения. После освобождения Гомеля в 1943 году собор Петра и Павла, как и многие другие церкви, продолжил работать. Но, очевидно, в период атеистической кампании при Никите Хрущеве собор был снова закрыт. По словам гомельчанина Анатолия Афанасьева, это произошло около 1960 года. Несколько лет на входе висел замок, а само здание пустовало.

Планетарий был открыт в 1962 году и сразу развернул активную пропаганду современных знаний и популяризацию космонавтики. В Гомельском планетарии проводились лекции-сеансы по астрономии, космонавтике, физике, научному атеизму и наукам о Земле. Всего в год читалось до четырех тысяч лекций, которые прослушали триста тысяч человек. Тут же проходили вечера вопросов и ответов, тематические вечера и кинолектории, Дни науки и Дни охраны природы. При планетарии работали секции астрономии и космонавтики, физики и математики, науки и техники, науки и Земле, молодежная секция, два астрономических кружка, школа юного атеиста и школа юного геолога.

В «перестройку» планетарий решено было закрыть. В 1988 году здание собора было передано Русской православной церкви. Перед этим представители церкви обратились к народным депутатам СССР Юрию Воронежцеву и Виктору Корнеенко с просьбой о «возвращении собора верующим».

— Мы поддержали эту просьбу и направили соответствующий депутатский запрос. Тогда некоторые представители гомельской номенклатуры называли нас чуть ли ни мракобесами. А теперь вижу, как они, люди уже очень преклонного возраста, ходят в этот собор молиться, — вспоминает Юрий Ворожнецов.

Любопытно, что во время одной из реставраций в соборе была обнаружена винтовка-«трехлинейка». Кто ее спрятал в церкви, трудно сказать. Это могли быть и белогвардейские заговорщики времен гражданской войны, и советские подпольщики Великой Отечественной.

Илон Маск по-гомельски

Вместо планетария при Центре научно-технического творчества «Звездный мир» было решено организовать некий «космонарий». «Звездный мир» был основан первыми гомельскими бизнесменами-«кооператорами», активно использовавшими глобальные космические идеи инженера Анатолия Юницкого. В частности, непризнанный гомельский гений предполагал «безракетную индустриализацию космоса» и «общепланетный транспорт». Цели — весьма благородные. Например, избавить нашу планету и ее природу от технологической нагрузки, вынеся производство в космос. Предполагаем, что Анатолий Юницкий в детстве также неоднократно посещал Гомельский планетарий. А сколько еще таких «Илонов Масков» могло выйти оттуда?

Планы тоже были всепланетные. В 1988 году в Гомеле прошла конференция на данную тему, организованная Федерацией космонавтики СССР и гомельскими комсомольскими функционерами, как известно, бывшими одними из «пионеров» рыночной экономики. Был создан общесоюзный фонд «Звездный мир», претендовавший, не больше ни меньше, стать альтернативой стратегической оборонной инициативе (СОИ) США. В общем, и межгалактический турнир по шахматам в Гомеле уже витал в воображении аппаратчиков ЛКСМБ.

Но вот открыть планетарий в здании бывшего княжеского имения в Прудке, отданного ЦНТТ «Звездному миру», похоже, так и не удалось.

Куда же делось уникальное оборудование из Гомельского планетария, в частности — знаменитый маятник Фуко? Ведь это не рядовое устройство, а весьма сложное сооружение, бесперебойная работа которого требует точнейших расчетов при проектировании и тщательного изготовления. В мире на сегодня действует всего около 30 таких маятников.

По логике вещей, оборудование планетария должно было быть передано именно ЦНТТ. Однако спросить уже не у кого. Согласно данным kartoteka.by, «Звездный мир» ликвидирован в 1997 году как прекративший предпринимательскую деятельность и даже не сообщивший в налоговую инспекцию о причинах.

Продолжая наше журналистское расследование, мы выяснили следующее. Во второй половине 90-х годов Валерий Селицкий, бывший в то время председателем Гомельского областного Совета депутатов, выступил с инициативой создания музея промышленности, науки и техники в здании фабрики «Полеспечать» на площади Ленина. Маятник Фуко должен был стать одним из важных экспонатов будущего музея. Но где он — никто не знал.

— Тогда мы обратились в УВД Гомельского облисполкома с просьбой провести расследование. И маятник вместе с другим оборудованием нашелся на квартире одно из бывших сотрудников планетария, — говорит Валерий Степанович. — Впоследствии все это было передано в среднее специальное учебное заведение на проспекте Космонавтов.

Вот, наконец, и мы нашли последнее местоположение астрономического прибора — маятник из планетария действительно находится в автомеханическом колледже на «Гомсельмаше». Директор этого учебного заведения Геннадий Козлов рассказал «Сильным Новостям» следующее:

— Еще в бытность мою учащимся в наш колледж доставили и выставили оборудование из планетария. Еще тут были макеты космических кораблей и книги с автографами знаменитых космонавтов. И сейчас маятник Фуко, «звездное небо» и многие другие интересные вещи экспонируются на нашей выставке «Занимательная наука». Конечно, оборудование 60-х годов уступает современным технологиям, но это часть нашей общей истории. А на примере маятника дети, что называется, могут прикоснуться к законам физики и мироздания своими руками.


В 2017 году в гомельской школе № 69 появился еще один маятник Фуко. Он снабжен электромагнитной системой. Кроме Гомеля, маятники Фуко в Беларуси есть только в Минске и в часовне мемориала на Буйничском поле. Маятник «Фуко» весом в 60 кг из гомельской школы занимает 2-е место среди 14-ти мятников СНГ. В этой же школе установлены элементы современного планетария.

А еще криптоисторический и эзотерический роман Умберто Эко называется «Маятник Фуко».

«Толпа с толпой махается…»

Бесплатные кружки и секции так и не смогли направить энергию всех гомельских подростков в мирное русло. Молодежная преступность в советское время была также высока, как и темпы роста экономики. Некоторые это связывали с тем, что в 60-е годы работать на новые заводы, открывавшиеся в Гомеле, приехало много уроженцев из сельской местности. Скажем, на «Гомсельмаш». В непривычной городской среде новые рабочие и их дети якобы становились маргиналами. Но это достаточно спорная теория. В традиционном Гомеле хватало и своих районов с криминальной славой. Например, «Залиния» или расположенный рядом с парком «Монастырек».

Группировки со всех городских районов зачастую выясняли отношения между собой на танцплощадке в парке, именуемой «Клеткой». Так ее прозвали за характерное ограждение. Сначала оно было из деревянных брусьев и досок, потом стало металлическим. Но, как увидим, «Клеткой» ее называли не только за внешний вид.

Сейчас этой танцплощадки нет, а раньше она находилась между детскими аттракционами, улицей Пролетарской и Лебяжьим прудом. Существовала «Клетка» как минимум с 70-х годов. Соответственно, тут звучала и популярная тогда музыка. В то время советские рок-группы, подражавшие «Битлз», назывались «вокально-инструментальными ансамблями» и играли репертуар, который за десятилетие до этого не прошел бы никакой художественно-идеологической проверки. Но в эпоху брежневского «застоя» ВИА «Поющие гитары», «Веселые ребята», «Самоцветы» и «Песняры» уже гремели.

Миллионы советских девушек и парней заслушивались Валерием Ободзинским с его «Льет ли теплый дождь, падает ли снег, я в подъезде против дома твоего стою…» Или песнями типа «Звездочка моя ясная…» и «В семнадцать с половиною». В начале 80-е их сменил советский рок — «Машина времени», «Воскресение» и зарубежное диско. Но, по свидетельству очевидцев, музыка в «Клетке» была только живая. Здесь выступали местные ВИА.

Гомельчанин Валерий Логинов, в то время студент Гомельского музыкально-педагогического училища, сам выступал здесь.

— В «Клетке» выступала группа «Солнечный дождь» братьев Коробедовых. Они исполняли песни других ВИА и свои собственные, играли бит. Я выступал здесь в первой гомельской рок-группе Сергея Силькевича «Гранит». Начав со сцены «Клетки», в 90-е Силькевич стал лауреатом конкурса в Ялте. Сейчас он живет в США. А один раз в парке «лабала» группа взрослых мужиков, лет по 30. И они играли «Назарет»! Сначала сюда ходила обыкновенная гопота, но затем стали подтягиваться любители советского рока, — вспоминает он.

Про саму «Клетку» тоже сочиняли песни. Мы зафиксировали такой образчик гомельского городского фольклора того времени:

О Гомель, город мой родной,

Порою ты мне нравишься,

Порой здесь кровь течет рекой,

Разбой всегда поощряется.

А в парке слышен дикий вой,

Там молодежь ломается.

А через час в стороночке

Толпа с толпой махается.

И я в толпе машуся той

С глазами зверя дикого,

Порой в ногах валяюсь сам

Иль добиваю сбитого.

А в Гомель-городе менты

Всем пьяным — низко кланяться

Куда ты в 20 денешься —

коль нечем будет заняться?

«Ломаться» на молодежном жаргоне того времени означало «танцевать». Да и глазами старшего поколения вошедшая в моду дискотечная хореография аля «буги вуги» воспринималась именно так. «Махаться» — это драться. Очевидно, по аналогии с наиболее часто применявшимися в уличной драке размашистыми «рабоче-крестьянскими» ударами.

Драки были постоянным спутником «танцулек» того времени, и особенно славилась ими «Клетка». В это место в центр города съезжались и сходились «кадки» со всех районов, включая ближайший «Монастырек», «Дом-Камуну» или Якубовку. Собственно говоря, если одна часть молодежи приходила на дискотеки потанцевать и познакомится с противоположным полом, то другая — подраться.

Это традиционное «развлечение» городских окраин в советское время не воспринималось как нечто экстраординарное. Милиция смотрела на эти «забавы молодых» относительно терпимо. В конце концов, мужчина должен уметь постоять за себя. Еще одним стимулом для «танцевального» насилия была конкуренция из-за девушек. Потенциальных соперников старались просто устранить путем физического терроризирования.

По свидетельствам очевидцев, своя «клетка» существовала на Сельмаше еще в 60-е годы. Правда или нет, но легенда гласит, что после того, как тут ставили определенную песню, местные хулиганы разбивали лампочку и устраивали дружинникам «темную».

Фото из архива Семена Цалкина

Что касается знакомств в парке, то одним из мест «съема» были лавочки у клумбы на входе в «Клетку», где и рассаживались девушки в ожидании потенциальных кавалеров.

Гомельчанин Александр вспоминает:

— Я в «Клетке» бывал редко. Девчонки здесь были относительно доступные, но и с венерическими заболеваниями тоже можно было познакомиться, — вспоминает гомельчанин Александр. — Помню, ездили один раз сюда разбираться, когда банда «Джуза» с Монастырька отоварила в «Клетке» нашего пацана. «Монастырьковские» стремились контролировать эту площадку и, соответственно, приходивших сюда девчонок оставлять за собой. Когда же после очередной драки ребята с «Победы» или «Центра» шли их искать, они легко сваливали к себе на район, потому что знали все ходы-выходы. Ну а в глухие закоулки «Монастырька» уже мало кто желал соваться.

Родом из Монастырька был и «Коля Солдат», создатель одной из первых гомельских ОПГ 90-х.

По словам нашего респондента, с появлением рок-музыки группировки с Сельмаша стали активно противодействовать ее популяризации на танцплощадке в парке и в других местах «культурного отдыха». В свою очередь, сельмашевских парней легко определяли по манере одеваться и также категорически не приветствовали любители «хэви метала».

Сегодня «районные войны» стали уже историей, хотя стычки в ночных клубах, пусть и меньшего масштаба, случаются постоянно.

Рыбки из грота

Одно из лучших кафе Гомеля того времени «Лунный камень» находилось в парке. Оно располагалось в цокольном этаже Гомельского дворца со стороны Сожа. Еще его называли «Грот», из-за весьма самобытных интерьеров. Общепит того времени, как правило, не баловал своих непритязательных посетителей слишком изощренным дизайном. Гомельские столовые и рестораны советского времени оформлялись, как правило, в стиле архитектурного функционализма от Ле Корбюзье, но «Грот» был исключением. Едва вы спускались вниз, как попадали в приглушенный полумрак низких сводчатых арок. Стены грота были отделаны «диким» камнем со вставками декоративного колотого зеленого стекла. В лучах подсветки стеклянная «инкрустация» переливалась, словно огромные изумруды.

Здесь же был большой аквариум, в котором плавали экзотические рыбки и жили водяные черепахи. Журчание воды и неспешные движения рыбок, говоря современным слэнгом, вызывали особый «релакс». Столами и стульями в «Гроте» служили дубовые колоды. Все вместе это создавало непередаваемую атмосферу и колорит.

Автор не является большим специалистом или любителем ресторанного дела. И возможно, страдает местным патриотизмом. Но в сравнении со всеми увиденными им в жизни заведениями в Минске, Москве, Киеве, Риге, Таллине, Тарту, Тбилиси, Берлине, Потсдаме, Стокгольме, Копенгагене, Бильбао, Флоренции, Стамбуле и Париже, гомельский «Грот» обладал самой уникальной аурой.

«Лунный камень» был рассчитан и на детей, и на взрослых. «Грот» был одним из самых любимых мест гомельской детворы, многие буквально умоляли родителей сводить их туда в воскресенье.

Здесь продавали сухое белое вино, соки, вкусные песочные пирожные и даже подавали относительно редкую в то время «пепси-колу». Несмотря на повышенную ценовую категорию, посидеть здесь было достаточно недорого. Будучи студентом и имея пять рублей в кармане, сюда можно было смело отправляться с девушкой. Поскольку столы-колоды были расставлены за арочными опорами, то каждое место казалось почти уединенным «кабинетом», но в то же время не терялось присутствие в общем полусказочном пространстве.

Здесь же стоял единственный в Гомеле музыкальный аппарат.

— Поставить песню на аппарате стоило 15 копеек. Коктейль «Коньяк с шампанским» обходился в 1 рубль 27 копеек, помню как сейчас. А «Физ коньячный» — 1 рубль 17 копеек. Мы, студенты музпеда, бегали сюда прямо на большой перемене, — вспоминает Валерий Логинов.

Где-то в конце 80-х «Грот» был закрыт на ремонт, который длился очень долго. Результат реконструкции, проведенной новым собственником, неприятно поразил. Облицовка под пещерные своды, бассейны с рыбками и черепахами, дубовые колоды — все это убрали. Стены отштукатурили и покрыли стандартной незамысловатой росписью. Ходить сюда больше не хотелось. А еще через некоторое время это помещение было передано Гомельскому областному краеведческому музею. В бывшем «Гроте» разместили коллекцию «Морские организмы».

Во время работы в этом зале научные сотрудники любили рассказывать между собой анекдот: «Алкоголик в музее останавливается перед муляжом рыбы с длинным уродливым зазубренным носом и читает табличку: «Рыба-пила». Отшатывается в ужасе и говорит: «Нет, больше пить не буду!»

P.S. Редакция выражает признательность гомельскому коллекционеру Александру Веснину за предоставление фотографий.

 

Новости по теме:
Персоналии:
Валерий ЛогиновЮрий Ворожнецев
Места:
Гомель
Поделиться:

Популярное:
В Новой Боровой с 8 этажа дома выпал мужчина
21418
Источник: Этой весной в Минске не будет чемпионата мира по хоккею
7018
Минск лишился права на проведение чемпионата мира по хоккею 2021 года
6014
В Ченках начинается масштабная многоэтажная застройка на берегу Сожа
5567
К выходным вернутся плюсовая температура и дожди. Погода в Гомеле на неделю
4610
Тихановская прокомментировала задержание Навального
3603
Scroll Up